Сердце химеры

Ее и всех остальных наших слуг убили химеры дома Харосс – правящего дома, – терпеливо повторила она то, что говорила уже десятки раз. – И чудом не убили нас всех. Мы живы только благодаря тебе, моя девочка.

Маргарита улыбнулась, прикоснулась пальцем, вымазанным в муке, к носу Нари, а та наконец рассмеялась беспечно и радостно, как в детстве. И тут же обе начали сражение, превращая кухню в заснеженный бастион, вот только вместо снега была мука.

Они хохотали и отряхивались, когда на лестнице раздались шаги, а через секунду в проеме двери появился молодой черноволосый мужчина.

Он посмотрел на двух юных девушек, которые, по мнению несведущего человека, могли показаться ровесницами, и в его темных глазах сверкнули лучистые искры.

– Мои девочки! – Скайгард Ньорд поцеловал жену в краешек губ, Нари в макушку, а потом, зачерпнув муки, вывел на щеке дочери белую полоску. Выглядел он при этом довольным, словно нашкодивший мальчишка.

– Ну, папа!

– Драконы коварны, моя радость!

– И еще как! – согласилась Нари, устроив отцу мучной снегопад.

После все трое пили взвар с печеньем, которое немного пригорело, но, по словам Ская, почти не отличалось от того, что когда-то пекла Гвен.

Нари вновь сделалась молчалива. Родители переглянулись, и Скай сказал:

– Горошинка, если за год ты не привяжешься к принцу Арену, то, поверь, я найду способ разорвать договор.

– О, папа… – Нари прижалась к отцу, чувствуя, что ее сердце разрывается от любви и признательности. Она знала: отец не обманет, приложит все усилия, чтобы брак не был заключен против ее воли, но также она знала, какими бедами это может обернуться.

Опала, гнев короля, даже изгнание…

К тому же не только предстоящее замужество пугало ее. Нари боялась, что больше никогда не увидит Керина. Эта мысль так сильно ее мучила, что она плакала по ночам. Любовь не становилась слабее, горела в ее сердце так же ярко, как в тот день, когда она поцеловала его.

Поцелуй влюбленной химеры… Она больше никогда не сможет его забыть. А помнит ли он о ней? Станет ли ждать у фонтана на центральной площади Селиса в первый день месяца, как обещал?"

"Этот день приближался, а Нари до сих пор не придумала, как она сумеет вырваться из-под опеки родителей, как окажется в мире людей.

Правда, кое-какой план у нее был, но очень уж ненадежный. Она ждала подходящего момента, чтобы претворить его в жизнь, а тот все не наступал.

– Нари, чем нам порадовать тебя? – спросила Маргарита.

Она встревоженно смотрела на дочь, которая притихла, погрузившись в свои невеселые мысли. «Сейчас или никогда!» – решилась Нари.

– Я бы хотела навестить бабушку и дедушку в Орлиных Крыльях. Я так давно их не видела.