Сердце некроманта

Вот только кем будет Дитрих в этой партии — первым советником? И не разменяют ли и его, чтобы уничтожить белого короля? Надеюсь, Дитрих успеет вовремя сбежать с доски.

— Это я заставил принцессу переодеться в мужское, чтобы ее было не узнать, рассудив, что Фейнрит простит этот вынужденный грех ради спасения жизни. — сказал он.

— Дитрих посмел открыто противостоять Ордену и спас мою сестру от смерти и позора. Что показывает: темный маг — не значит злодей. Темный маг — всего лишь тот, кто пользуется силами тьмы. Что тьма неотделима от зла — еще одна ложь, которую внушал нам Орден, желая получить больше власти.

— Но демоны… — проблеял кто-то.

— Никто из ныне живущих, ни темный, ни светлый маг, не способен призвать демонов, — вмешался придворный маг. — Дитрих неповинен в гибели людей. Все, кто был на площади, слышали, как принцесса воззвала к Господу, и мольба ее переполнила чашу Его терпения. Он отступился от светлых братьев, лишив своего благословения, и демоны прорвались на площадь.

Где-то я уже это слышала, но отупевший от усталости разум никак не мог вспомнить где. И даже смешинки во взгляде Дитриха не помогли.

Наставник продолжал говорить:

— Королевский прокурор… Бывший королевский прокурор тут вспоминал историю Гервина и Ютты. Но эта история лишь показывает нам, что светлый маг может оказаться глупцом, несмотря на весь свой ум. Я всегда утверждал, что тьма не равна злу.

Я снова глянула на Дитриха, но в этот раз он едва заметно опустил ресницы. Интересно… Уж не учитель ли друга надоумил его бежать? И как подросток, оставшийся без дома и семьи, смог найти себе нового наставника, того, кто научит справляться с темной силой? Раньше у меня не было времени задумываться над этим.

— А еще я всегда говорил, что свет и тьма должны быть в равновесии. Если чаша весов слишком сильно склонится в одну сторону, они рухнут. И вместе с этими метафорическими весами рухнет и весь наш мир, — продолжил придворный маг. — Правда, в последний раз мне пришлось покаяться и публично отречься от своих слов, чтобы сохранить жизнь…

— Об этом мы поговорим позже, — остановил его Губерт. — Дитрих спас принцессу, но вынужден был скрываться вместе с ней, не имея возможности подать весть во дворец. Беспокойство о судьбе дочери легло тяжким грузом на сердце нашего отца. И к этому добавился еще один повод для тревоги: Орден решил лишить нас магии. Первый брат сам сообщил ему об этом.

— Это правда, — кивнул придворный маг. — Его величество приходил ко мне с этой вестью. Но я оказался глупцом, решил, что Орден все же не осмелится оставить без магии и себя. Я недооценил хитроумие Первого брата. Вероятно, он узнал о способе сохранить магию, преобразовав какое-то заклинание, для которого требуется сила тьмы.