Сердце под прицелом

"

"Когда щелкнул замок входной двери, привычно распереживалась. Сердце, дрогнув, до самого горла подскочило. Заколотилось дико. В связи с этим поднялось и давление. Щеки стали горячими и, как я понимаю, красными. Сколько дома, каждый день проверяла температуру. Казалось, что в лихорадке. Потом поняла, что из-за Чернова все.

Пока он раздевался, наложила жаркое в тарелку и поспешила в ванную.

– Сева спит. Ужин на столе. Я пока душ приму, – протарабанила чуть задушенно, когда пересеклись в коридоре.

Руслан, скользнув по мне взглядом, кивнул.

У меня было примерно полчаса свободного времени, которые я потратила не только на гигиену, но и на то, чтобы немного расслабиться.

Когда я вышла из ванной, Чернов уже носил Всеволода на руках. Мне хотелось улыбнуться сыну, но никак не удавалось сделать это в присутствии мужа. Глянув на них, я поймала себя на том, что вместе они заставляют меня еще больше нервничать, чем один Руслан.

Запахнув халат плотнее, неосознанно замерла.

Сева морщился, сопел и тянул кулачки в рот, но не плакал. Вроде крупненький родился – чисто визуально разница с другими новорожденными была значительной, но в руках Чернова казался таким маленьким. От этого в груди странно сжалось и загудело, мешая дышать.

– Он голодный, – сообщил Руслан, вскидывая голову.

Звуки его основательного голоса вкупе с оценивающим взглядом пронзительных черных глаз вызвали у меня незамедлительную дрожь.

– Надо сначала искупать… – выдавила то, что он и так понимал.

– Наберешь воду? Или мне?

Я прочистила горло.

– Наберу.

Но не двинулась с места.

– Не пытайся, не проглотишь, – с неясными интонациями, вроде как больше суровыми, нежели добрыми, обратился к сыну, который упорно хватал ротиком кулачок. Снова глянув на меня, Чернов чуть дрогнул губами, но эмоция, которую он выдал, осталась для меня столь же непонятной, как и тон его голоса. – Не томи. «Добрыня» психует.

Я вздохнула и побежала готовить все для купания.

Поставила ванночку. Набрала горячей воды. С помощью градусника разбавила до идеальной для младенцев температуры. Добавила отвары трав.

Вернувшись в спальню, достала из комода выглаженные вещички и подгузник. Руслан, между тем, оперативно раздел Севу.

– Скорее… – шепнула я, подавая полотенце.

Сердце сжималось каждый раз, когда видела, как сын зябко подергивает ножками и размахивает кулачками. Ему явно не нравилось оставаться без одежды.

Пока Чернов снимал с себя футболку, я, как обычно, отвернулась.

И, как обычно, скосила тайный взгляд.

С жаром скользнула по широченным плечам, сильным рукам, объемным грудным мышцам. На секунду задержала дыхание и зачем-то спустилась взглядом еще ниже – к рельефным, будто вырезанным ножом, мышцам пресса.