Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат

Шесть или семь припозднившихся с бегством несчастных – немного. Вот вам и штурм, даже обидно.

– Ба-а-акра-а-а-а!

– Бе-е-е-е!

Праздник продолжался. Пехотное прикрытие у батареи таки имелось и по всем правилам караулило там, где пологий и широкий обратный склон давал хорошие возможности для атаки. Но коварный враг нанес удар оттуда, откуда его не ждали, пришлось поспешно разворачиваться. Пехота кинулась вверх выручать свои пушки, только ворвавшиеся на батарею лихие наездники и не подумали останавливаться. Перевалив через вершину, они продолжили атаку теперь уже вниз по склону.

Никакого порядка, естественно, не было и в помине, ну так не очень-то он и нужен. Две нестройные толпы столкнулись лоб в лоб, кое-где – в самом буквальном смысле. Лбы, понятное дело, крепче оказались у козлов. За них была и скорость, и то, что шли сверху вниз, ну и неожиданность, конечно.

Несколько торопливых выстрелов, запоздалая попытка сбиться поплотнее, и вот уже пехотинцы в светло-зеленых мундирах, те, кого не снесли в первые же мгновения, разбегаются по склону, за ними скачут вошедшие в раж бакраны. Э-э-э, лишь бы не увлеклись…

– Ме-е-е!

Скотина горел желанием присоединиться к развлечению, Марсель склонялся к тому же, но то ли рык, то ли горестный всхлип, донесшийся из-за ближайшего орудийного лафета, заставил вернуться.

За пушкой обнаружился свой, и в состоянии весьма плачевном. У молодого еще парня болела только душа, а вот серо-бурый скакун… То ли пика, то ли сабля или еще какое острое железо распороло косматый бок, длинная шерсть была залита кровью.

– Памагы!

– Сейчас. – Первым делом – козлы, ну а гайифцы… гайифцы потом!

Марсель ухватил брыкающегося раненого за рога в точности так, как его учили.

Раненый орал и пытался брыкаться, но переупрямить Валмона? И не таких лечивали…

Откуда-то выскочил подозрительно бездельничающий адуан. Ну Коннер получит… Или не Коннер?

– Эй! Сюда!

Бездельник кивнул и что-то гаркнул по-бакрански. Козлиный хозяин понял и подвинулся. Теперь с раной возился адуан, а Марсель с бакраном держали.

– …дикарйи… эрэтики проклиятыэ… и тварйи гадкиэ…

Руки были заняты, но голову виконт повернул, узрев что-то вроде воскрешения. Гайифский вояка, судя по перевязи и обилию шитья на мундире – офицер, опирался на лафет орудия и все равно покачивался.

– Свинйи талигскиэ… К бойу!

Физиономия перекошена, шляпа сидит криво, тулья смята… Да, приятель, получить бакранским посохом по башке неприятно. А ведь Коннеровы ребята могли и саблей…

– Что такое? – спросил из-за козла адуан.

– Тело, – пояснил Валме, – воскресло.

Будь у гайифца пистолет, это могло быть опасным, но шпага в дрожащей руке не впечатляла, как и крики. Стоит ругателю отлипнуть от спасительного лафета, тут же свалится.