Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат

Потому что Алва вдруг принялся походить на Адриана. Такого, каким Эсперадор стал перед самой болезнью. Было лето, еще был Агарис… Тогда у них в последний раз могло выйти. Не вышло.

Струны, мы с тобою струны,Струны смеха, струны боли,Отрешенность ликов лунных,Тень грозы над синью моря…Эсперадор не пел. Эсперадор пил и стрелял по подброшенным бутылкам, а говорили – по тайным узникам. Эсперадор менял любовниц как перчатки. Эсперадор сквернословил. По Агарису бродили слухи. Они могли быть правдой, только могли…

Море, мы с тобою море,Море в штиль и море в бурю,В исступленной ласке молний,Захлебнувшихся лазурью…Быть Эсперадором – это мечта, счастье, цель! Это зависть, страх и снова зависть… Еще бы, ведь выше тебя лишь Создатель или… никого.

Как тут не продать душу за Светлую мантию?! Эсперадору хорошо, лучше не бывает. В Золотых землях все замечательно, в конклаве – сплошные братья, а такая мелочь, как сердце, Эсперадору не полагается, и напиться вдрызг он может только с жиру…

Пламя, мы с тобою пламя,Грохот загнанного сердца,На закате, над снегамиНевозможность отогреться…Положить жизнь – на что?! Кто Адриана понял? Кто оценил? Кто хотя бы помнит, кроме забившейся в горы чужой жены? Дважды чужой! Могилы и той не осталось, так зачем?!

Чтоб струна звенела вечно,Чтоб струна звенела – ай-ай…– Еще! – крикнула Матильда.

Алва кивнул и саданул по струнам. Пальцы он разбил, что ли? Этот может…

Вечно…Чтоб струна звенела вечно,Чтоб струна звенела – йяй-йя,Чтоб струна звенела…– Я пойду. – Этери поднялась с последним аккордом. – Спасибо. Это было так… Я пойду.

– Я вас провожу. – Ворон небрежно отодвинул гитару. Да, в самом деле кровь – на светлом дереве видно четко, не ошибешься.

 – Позвольте вашу руку.

Она не стала отнекиваться, он – надевать перчатки. Странно все выходит, и оба они странные. Беременная кагетка и сумасшедший, за которого страшно. Ничего у него не выйдет, как не вышло у Адриана… Ничегошеньки. Корабль опять тонет, и крысы опять не бегут, а бесятся. Не те крысы – те, настоящие, проскочили между смертью и огнем, успели… Только Клемент и остался.

– Я, конечно, не заменю регента, – напомнил о себе Валме, – но петь я тоже умею. Адуанам нравится… Сударыня, что желаете?

– Твою кавалерию, если ты похож на посла, то и посол похож на тебя! А если он похож на тебя, в вашей Олларии сидит не одна змея, а две.

Считая с Левием… Вот же брехло!

– В нашей, – поправил муженек, – в нашей Олларии, нашу же кавалерию. И вообще, Валме, блажен муж иже… Изыди, а!

Глава 4

Талиг. Южная Марагона. Мельников луг. Талиг. Оллария

400 год К.С. 14-й день Летних Волн

1

У Гирке все было так же, как и у других. Догорали костры, у которых почти никто не сидел. Ужин давно съели, а усталость валит людей на землю верней картечи.