Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат
Закат. Алый, багряный, кровавый… Звенит невидимый колокол, гремят пушки, и идет, идет в никуда непонятная синеглазая женщина… Завершается цикл, завершается круг, события летят к финалу, и их уже не остановишь. Излом срывает маски и назначает цены. Все дешевле золото, все дороже кровь. Дрожат горы, обесцениваются договоры, смеются и плачут спутники сгинувших богов и изначальные твари, но право выбора не отменит даже Излом. Руперт фок Фельсенбург и Ричард Окделл, кардинал Левий и епископ Бонифаций, капитан Валме и капитан Гастаки, маршал Капрас и маршал Алва – каждый выбирает за себя, и выбор каждого падает на единые весы. Рассвет без Заката невозможен, но придет ли он и к кому?
– Всего один. Этого мало, Герман.
– Вряд ли Шарли просто жадничает, к тому же он не мог не учесть самовольства Придда. Итого два полка… Не первой свежести, но тысяча всадников наберется. От Лецке что-то осталось?
– Очень немного, и я бы не назвал этот остаток драгунами. После гибели Лецке я объединил их с мариенбургскими стрелками. Вместе это составит один неполный полк.
– Понятно. – Рука сама подкрутила усы. Чистенькому генералу среди грязных, ободранных офицеров всегда неуютно. – С прибытием, Ингертон. Что там у Шарли?
– Тихо. Пока… – Полковник поднес руку к помятому шлему.
– Хороший вопрос… Сейчас подойдут Маллэ и Придд, тогда и решим – где, кого и как.
3
Реки текут вниз, вниз оползают оползни и обваливаются обвалы, а здешние валуны ползли хоть и не очень, но в гору. Больше всего это напоминало великое переселение черепах, если б те вдруг выстроились в колонну и куда-то отправились.
– Это они куда? – не выдержал наполненного скрежетом молчания виконт. – И откуда?
– Из Надора, я полагаю. – Ворон вглядывался в исток каменной реки, а Марсель повернулся к устью и обалдел. Процессия уверенно стремилась к горной цепи, пусть и невысокой.
– Они что, полезут через нее?
– Вряд ли, – усомнился Рокэ, – они, вернее, он пойдет напролом. В Придде может выйти неплохое землетрясение…
– Проломят гряду? – усомнился язык виконта, но глаза уже разглядели дорогу, по которой двигались камни.
– Змееныш, но может и вырасти. Рожа мудра, жаль, в ее силах лишь шмякаться.
– Зоя не шмякается, а говорит, – ты много понял?
– Наша дама хотя бы подняла тревогу. – К тому, что Алва то и дело прикрывает ладонями глаза, Марсель привык, но со стороны и сейчас это смахивало если не на отчаянье, то на желание не видеть, не понимать, не знать… – Когда рубанет по Западным Надорам, я не поручусь за Данар…
– Но на Гальбрэ оно совсем не похоже… Ты куда?!
– Туда.
– «Расскажи мне о море, моряк, – внезапно попросил Алва. – Расскажи…»
Под ногами скрипел никуда не спешащий гравий, валуны тоже вели себя смирно.

















