Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат
Закат. Алый, багряный, кровавый… Звенит невидимый колокол, гремят пушки, и идет, идет в никуда непонятная синеглазая женщина… Завершается цикл, завершается круг, события летят к финалу, и их уже не остановишь. Излом срывает маски и назначает цены. Все дешевле золото, все дороже кровь. Дрожат горы, обесцениваются договоры, смеются и плачут спутники сгинувших богов и изначальные твари, но право выбора не отменит даже Излом. Руперт фок Фельсенбург и Ричард Окделл, кардинал Левий и епископ Бонифаций, капитан Валме и капитан Гастаки, маршал Капрас и маршал Алва – каждый выбирает за себя, и выбор каждого падает на единые весы. Рассвет без Заката невозможен, но придет ли он и к кому?
– Господа, – просто сказал Ариго, – сами видите, единственный наш козырь – быстрота, а единственный шанс – контратака. Ударим силами двух полков бергеров и всех приведенных мной батальонов при поддержке конной артиллерии. Ингертон, вам нужно место пошире, пойдете справа, со стороны Маршальского. Придд, раз вы такой любитель скачек с препятствиями, атакуете по склону в стык частей, сражающихся за Болотный, и тех, кто вклинился между курганами. Маллэ, принимайте вальдзейцев и идите с ними. Что это земляки маршала, вы знаете, что это его личный резерв – тоже. Они нам будут еще нужны… очень нужны, так что извольте зря не рисковать.
– Я намерен принять участие в атаке.
– Хорошо. Начинаем сразу же, как будем готовы. Прошу всех поспешить. Бруно долго отдыхать не станет.
Может, надо было сказать Маллэ что-то еще? Пожалуй, что и нет. Станет беречь вальдзейцев – побережет и себя, а от пули никто не заговорен.
– Мой генерал, я должен объяснить свое решение.
– Зачем? Достаточно того, что ты угадал с Павса… тьфу ты, с Бруно.
– Только потому, что вы были правы с Пфейтфайером. Если бы Хелленштерн смог обойти правое крыло, все решилось бы у Лысого.
– Но решается здесь. Я правильно понял, что вы помирились с Арно?
– Насколько я могу судить, виконт Сэ в самом деле со мной помирился. По моему предложению мы перешли на «ты». Виконт спас графа Гирке и собирался спасти его лошадь.
– Я так и не понял, – усмехнулся Жермон, – кем вы с Гирке друг другу приходитесь и кто из вас кому полковник.
– Он наш единственный уцелевший родич. Я не хотел бы его потерять.
– А как же Гогенлоэ?
– Гогенлоэ – геренций Талига, – ровным голосом объяснил Валентин.
– Можешь… Тебе не кажется, что собирается гроза?
– Пожалуй, нет. Мне второй день кажется, что что-то было, но, возможно, причина в курганах. В некоторых местах некоторые люди чувствуют себя странно.
– Павсаний?
– Мой генерал, это мои личные наблюдения.
– Вечером прибавишь к ним мои. – Если они дождутся вечера… Разрубленный Змей, ну и мысли перед атакой.
– Приложу все усилия.
Приложит он… Ждите. А гроза все-таки будет, не сейчас, так к вечеру, иначе откуда такая духота? Не из-за курганов же, хотя Энтони что-то такое говорил…
– Мой генерал, бергеры двинулись."
"– Хорошо. – К кошкам грозы и курганы, не до них!
Жермон наблюдал за сближением противников и прикидывал, не торопится ли Ингертон с выходом, когда сверху спустился капитан Вестенхозе.

















