Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Закат

Леворукий… Не знает он ни кошки, этот болван зеленоглазый… И не знал никогда!

«Кто сказал, что умирать надо в сумерках?» Кто сказал, что умирать вообще надо?! Виконт двинул кулаком по издохшей каменюке – стало больно, и только. Матильда отдаст Этери ройю и наврет, мориски кого-нибудь сунут в мешок, кэналлийцы прирежут, ничего не изменится, и изменится все. Уже изменилось… Марсель порылся в карманах, ничего не нашел, эсперу он не носил никогда, а кольца поснимал, когда перестал быть графом Ченизу. Бросать в бездну было нечего, кроме себя и кинжала, но Рокэ бы такого не одобрил.

– Зегина уберется за пролив, – крикнул в дыру Валме, – а потом я отправлю сюда Рожу… Если иначе не выйдет, вместе с Коко!

Дыра тупо молчала. Сволочь! Наследник Валмонов поднялся, отряхнул с колен и локтей пыль и как мог быстро отправился назад. К можжевеловому кусту и шпагам. К Данару, за который теперь можно поручиться. Позади остались сломанная ель, каменная жаба, бугристая камбала, бронзовое кольцо… Позади остался Рокэ Алва, и такой могилы в Золотых землях не было ни у кого.

– «Вечно! – пел, кричал, выл Марсель, прыгая с одного упокоившегося валуна на другой.

 – Чтоб струна звенела вечно, ай, ай, чтоб струна звенела…»

Глава 11

Южная Марагона. Мельников луг

400 год К.С. 15-й день Летних Волн

1

Дриксы одолевали, это было видно, одолевали числом, мощью мушкетного и артиллерийского огня, свежестью еще не побывавших в бою людей и, что греха таить, умом и хитростью Бруно. Этот закатный «гусак» потерял на подготовке своей атаки не больше времени, чем Ойген, а может, и меньше.

– Наша затея, господа, утратила всякий смысл, – с досадой признал Ариго, наблюдая за вражескими порядками.

 – Противник нас превосходит. Раза, самое малое, в два."

"Свита промолчала, и дело было отнюдь не в субординации. Жермон подкрутил усы и, пользуясь отсутствием Ойгена и Карсфорна, поднялся по склону. Вслушался – судя по резко усилившемуся грохоту, дриксы одновременно атаковали и в центре. На правом крыле, надо думать, творится то же, а это значит, что поддержать Болотный некому. Вейзель занят на Маршальском, Шарли связан вражеской кавалерией, Гаузер так и не объявился, еще одним «спрутам» взяться неоткуда, а на левом фланге пошла в дело кесарская гвардия.

Поддерживаемая артиллерией, она не позволила вышвырнуть свои передовые батальоны за курганы. Пусть и неся потери, «гуси» все уверенней теснили бергеров в промежутке между Маршальским и Болотным, одновременно умудряясь лезть и на сам Болотный. Да и пушек Бруно успел подтянуть слишком много – выделенная Вольфгангом конная батарея выровнять ситуацию не могла. Что ж, своим изначальным превосходством фельдмаршал распорядился лучше не придумаешь…

– Мой генерал, гонец с батареи!..

– Хорошо.