Сердце Зверя. Том 3. Синий взгляд смерти. Полночь

Нашел время! От него ждут диспозиции, впереди бой, за спиной хуже, чем просто враги, а он?!

– Господа, – громко, громче, чем надо, объявил Эпинэ, и мирно лежащий Готти поднял голову и насторожил обрубки ушей, – мы быстро, как только сможем, пойдем к Старой Барсине, верней, чуть ближе – к бывшей Адриановой обители. Дорога плохая – извилистая и узкая, но она плоха для всех. Есть надежда добраться завтра к вечеру, но очень может быть, что «бесноватые» догонят нас раньше. Следов не скроешь, сбить погоню с толку надеяться нечего.

– Зачем сбивать, – подкрутил усы Балинт, – лучше сразу бить.

У нас сотни три всадников против, прямо скажем, не лучшей пехоты, грех не использовать.

– На открытой местности это было бы весомо, – согласился Робер, – но по́ля тут, к сожалению, маловато, а дальше еще меньше. В мелколесье и буераках не разгонишься, а буераки здесь знатные. Будь у меня пара пехотных полков, я был бы спокоен, только с пехотой у нас паршиво: городские стражники, чуть больше роты из солдат гарнизона и рота его высокопреосвященства. Против барсинцев маловато, если дойдет до боя, задавят числом.

– Это если они кураж не растеряли, – задумчиво произнес Блор. – Зимой они свою шкуру, знаете ли, берегли.

– Они ее берегли еще месяц назад, и что с того? Сейчас нам остается принять арьергардный бой и задержать погоню, самое малое, на два дня. Письмо на ближайшую заставу отправлено, но вряд ли кэналлийцы подоспеют раньше, чем семнадцатого, причем туда, куда велел Валме. В других местах мы рискуем найти разве что разъезды, а лишний пяток палашей погоды не сделает.

– Семнадцатого… – задумчиво произнес алат. – А стоит ли ждать? Тут есть где развернуться, а если слегка вернемся, то и подавно.

Всех, конечно, не перебьем, но на пятках повиснем. Полдня, а повезет, и целый день выгадаем.

– Только себя берегите, – попросил Робер и понял, что уже согласился, – и… не увлекайтесь. Если вы задержитесь…

– Мои парни брали уставших детей к себе в седла, – резко бросил Балинт, – этого мы не забудем. И не отвлечемся.

– Тогда…"

"– По коням. – Карои больше не улыбался. – Живите!

Витязи ушли из лагеря первыми под ту же песню об оседланном коне, что саблей рассекла отчаянье на улицах Олларии.

Робер слушал затихающее «гейя-гей» и вспоминал Матильду. Вспоминал, пока его не ухватил под руку желающий попрощаться барон.

– Мой милый Эпинэ, – Коко успел побриться и сменить платье, но с пистолетами не расстался, – я был счастлив вас повидать и буду вдвойне счастлив принять вас в своем именьице в Ариго. Уговаривать вас присоединиться к нам с графом Рокслеем полагаю бессмысленным?

– Сударь!

– Вот потому-то я и считаю преждевременным давать Марианне развод.