Шелест 4 (СИ)

Я почувствовал множественные источники Силы, то есть, собранные у погибших гусар амулеты. Вот как-то сомнительно, чтобы казаки стали выковыривать их из амулетов. Да, основа у тех золотые пластины, но золотом донцов не удивить, а вот то, что работа выполнена одарённым десятого ранга, редкость небывалая.

Амулеты уже были распределены между казаками. Имелся среди них и одарённый, а как же без него-то. Он и обнаружил их и извлёк из тел погибших, и у лошадей. Все излишки находились у него, в чём я убедился просканировав его ещё и «Щупом», благодаря чему получил детальную картину как по количеству источников Силы, так и по их заряду.

— Иван Артёмович. Раз, два, три, — вызвал я Успенского по «Разговорнику».

— Слушаю вас, Пётр Анисимович, — тут же отозвался тот, похоже, не расстававшийся с амулетом.

— Я нашёл их. Ушли далеко в Дикое поле, встали на ночёвку. Буду атаковать. Слушаю.

— Один? Слушаю.

— Нужно же испытать новое вооружение. Слушаю, — ответил я.

— Вы только в одиночку на них не нападайте. Слушаю.

— Не беспокойтесь, я себе не враг.

Закончил разговор.

Лошадок было откровенно жаль. Но тут уж ничего не поделаешь, потому как собачек нужно выводить из расклада в первую очередь. Поэтому я атаковал «Градом», накрыв весь лагерь, с запасом. По земле застучали тысячи ледяных пуль, каждая из которых была сопоставима с пистолетной.

В среднем, солдатский «Панцирь» позволяет выдержать тридцать-тридцать пять таких попаданий. Однако, троих я таким образом прибрал. То ли их амулеты уже были разряжены, то ли им не повезло и они приняли на себя критическое количество попаданий.

Как бы то ни было, они упали на землю замертво. Огласив округу полным страдания скулежом пали собаки, лошади так же не пережили атаки, ни одна из них не осталась раненой. Увы, но уж больно неудобно расположились барбосы.

Среди казаков поднялась паника. Нет, если бы они видели врага, то совсем другое дело. Но всё меняется когда нападающий остаётся незримым. Можно было дождаться перезарядки плетения и повторить атаку, окончательно выведя из боя всех простецов. Но я опасался, что к моменту когда я буду готов ударить по площади, они попросту разбегутся.

Поэтому и запустил «Булавой» проломив остатки защиты казака, повалившегося в траву с пробитым черепом. Затем атаковал парой «Воздушных клинков», выведя из дела ещё парочку. Стихия воздуха может и уступит боевым огненной и водной, зато для диверсионных операций подходит как нельзя лучше. Плетения не имеют никакого видимого эффекта, лишь лёгкий свист. Поэтому разобрать откуда именно прилетела смерть практически нереально.