Sindroma unicuma. Книга 2.

У неизвестного фотографа имелся хороший фотоаппарат, чтобы стократно приблизить объектив без риска быть замеченным. У неизвестного фотографа нашлось время, чтобы отпечатать снимки в хорошем качестве и передать заказчику, который вручил их Мэлу.

Просуммировав слагаемые, я утвердилась во мнении, что за мной вел наблюдение профессионал. Хладнокровный и невозмутимый. Профессионал, которому наплевать, за кем гоняться по городу и проводить долгие часы в ожидании, сидя в машине. Потому что его наняли."

"Кто? Быть может, Эльзушка или Лизбэт? Вряд ли.

Танцорша разрешила бы проблему проще, вцепившись мне в волосы в туалете, а у поклонницы профессора не хватит денег на услуги частного детектива, к тому же слежка за будущим мужем не имеет смысла, потому что девушка знает о широком диапазоне его ""интересов"".

Возможно, следопыта нанял Мэл, чтобы проверить честность своей девушки, или самое вероятное предположение - моей жизнью заинтересовались его родственники. Как долго за мной следили? День, два, неделю?

Я представила, как толстая пачка фотографий лежит на столе, а отец и дядя Мэла отбирают ""горяченькие"" кадры.

Вдруг меня караулили не только у дверей общежития, но и в нашем закутке установили камеры? - зашлось от страха сердце. Забраться в швабровку не получилось бы - замок Олега отсекал всякую возможность, а в душе или в туалете вполне могли прилепить незаметный глазок. Гады. Надо будет привлечь Аффу к расследованию, не называя имен.

Еще раз просмотрев фотографии, я хотела порвать, но потом решила показать профессору. Попрошу придумать что-нибудь толковое, например, как оправдаться перед Мэлом.

Конечно, выглядит чересчур самонадеянно: подойти к бывшему парню и сказать: ""Извини, не хотела тебя расстраивать, поэтому пришлось малость приврать"". Он не поймет. Как понять и поверить, если твоя девушка провела несколько часов в обществе великолепного мужчины, от которого безостановочно текут слюни у всех особей женского пола?

Да ведь Мэл заревновал! - принялась я взбудораженно расхаживать по чердаку. Мэл взревновал со всей силой своей висоратской чести и не погнушался сделать мне больно, сказав обидные слова.

Стоит ли радоваться потрясающему открытию, пришедшему на ум с опозданием, или злиться на хамство?

Мотаясь бесцельно по тесной мансарде, я увидела на столе белый клочок, придавленный какой-то палочкой и поначалу незамеченный из-за тени, бросаемой от угла. Палочка оказалась картонной трубкой из-под петарды, выстрелившей в седой древности. На сложенном вдвое тетрадном листочке неизвестный автор оставил послание некоей ""Э"", написанное летящим почерком и простым карандашом.