Sindroma unicuma. Книга 2.

А мужчина меж тем говорил и говорил:

- При наличии связей и денег даже тщательно скрываемая информация станет доступной, а если умело предать ее огласке, то резонанс потопит вас, семью вашего батюшки и его карьеру. В частности, отличный повод для скандала - предстоящий прием. В ваших интересах, Эва Карловна, чтобы о миленькой девочке написали пару строчек, упомянув вскользь о родстве с высоким чиновником, и забыли на следующий день. Допустим, вы не поймете намек, сделанный при помощи компрометирующих снимков, и наладите отношения с Мелёшиным.

Что предпримет заинтересованная сторона? Для начала вашу биографию начнут трепать и мусолить, перетаскивая из газет на телевидение и обратно. При этом на суд публики вытащат множество неприглядных фактов. Для любителей почесать языками и поточить зубы раскопают ваши уязвимые места, о которых вы и не подозреваете. Специально извратят факты и преподнесут падким до сенсаций обывателям в мерзком и грязном виде. Взять те же фотографии. Негативы попадут в прессу и растиражируются с заголовками на первых страницах: ""Связь дочери заместителя министра с преподавателем института! Студентка - днем, любовница - ночью! За что получают оценки в ВУЗах - сенсационные подробности в нашем выпуске!""

При этих словах я поперхнулась воздухом и закашлялась.

Моя фантазия оказалась недостаточно богатой, чтобы разглядеть во встрече с Альриком тайное свидание двух голубков. Отвратительно. Бесполезно прикрывать пылающее лицо ладонями, потому что на щеках давно выскочили волдыри.

- Продолжать? - поинтересовался невозмутимо профессор, словно рассказывал скучную лекцию.

Я отчаянно замотала головой, но он, не заметив, продолжил: - В итоге, желание быть вместе с Мелёшиным потопит вас и вашего отца - бурно и стремительно, на радость врагам. Соответственно, ваша цель останется недостижимой. Картина ясна, или добавить красок?

Яснее некуда! - схватилась я за голову. Великий стратег Альрик разложил по полочкам то, что я подсознательно отталкивала от себя в силу наивности. Простая, глупая девочка, по незнанию привлекшая к себе чужое пристальное внимание.

Рассуждения мужчины, логичные и жестокие в своей правильности, явились для меня ударом под дых. Нокаутом, от которого невозможно закрыться. Еще неизвестно, что сильнее - физическая боль или душевная, разливающаяся под грудиной с каждой меткой фразой Альрика.

Профессор прав, тысячу раз прав. Впустив в сердце Мэла, я впустила проблемы, тянувшиеся за ним. Сейчас мне нужно затаиться как никогда и постараться пережить злосчастный прием без последствий.