Sindroma unicuma. Эпилог

Темой для раздумий стал выбор кольца для Мэла. Кольцо — символ принадлежности. Мэл — мой, поэтому с наружной стороны будет выгравировано мое имя. Он не приемлет сентиментальность и сюсюканье, а значит, нужно заказать в ювелирной мастерской гладкое и круглое кольцо, по-мужски строгое. Я хотела, чтобы при определенном освещении на ободке вспыхивали буковки моего имени, но Мэл предупредил: если в перспективе собираюсь поехать на побережье, нужно забыть о достижениях висорики, потому что вещи и предметы с улучшениями запрещены к ввозу.

Однажды Мэл зашел за мной в институт возбужденным и в приподнятом настроении.

— У Дэна родился сын! — сообщил так, будто сын родился у него самого.

Отреагировала я соответствующе: ошарашенно плюхнулась на постамент под святым Списуилом и с минуту обдумывала услышанное. Дэн сегодня не обедал в столовой. Макес сказал, что он уехал из института после первой лекции.

— Но как?

— Как рождаются дети? Ты женщина, тебе виднее, — ответил Мэл, сев рядом.

— В смысле, с кем? Он ведь не женат!

— Не женат, — подтвердил Мэл и крайне скупо поведал историю отношений, героями которой были Дэн и его… кто?

Девушку звали Оксаной.

Ни особого родства, ни видения волн. Обычная. Пара встречалась три года, прежде чем Дэн узнал, что станет отцом.

— Он предложил отметить. Маленький такой междусобойчик… — начал Мэл.

— То есть мальчишник?

— Ну, да. Надо поздравить человека. Почесать языками…

— У вас, мужчин, мозги закривлены не в ту сторону. Нужно не Дэна поздравлять, а мамочку. Она постаралась и родила здорового малыша.

— Ну, знаешь ли, — обиделся Мэл. — А витамины? А обследования разные? И потом, палата в центре акушерства… И врачи… Дэн тоже беспокоился.

Переживал.

— А как же дама с приемов? Та, которая чья-то дочь, — силилась я вспомнить образ элитной девицы. — Дэн женится на Оксане?

— Не знаю, — пожал плечами Мэл. — Об этом хочу спросить у него.

Сомневаюсь, что Дэн ответит положительно. Его отец — председатель совета директоров какого-то концерна. А Оксана… никто. Я могла бы оказаться на её месте, не приключись чудо с министерским креслом для отца.

— Ты знал, что у Дэна серьёзно, и молчал? — возмутилась я.

— Эвочка, если бы сказал, то сглазил бы удачу.

Дэн попросил держать рот на замке."

"— Слушай! — схватила я Мэла за руку. — Оксана не видит, а Дэн — висорат. Что с мальчиком? Он унаследовал? — от волнения предложение укоротилось.

— Эва… — Мэл погладил мою ладошку. — Об этом же во всех учебниках написано. Потенциалы пробуждаются, начиная с трех лет или около того.

Знаю, читала. Но висорике известны случаи, когда экстраспособности просыпались у детей и в два года, и того раньше.

Я отпустила Мэла на мальчишник.