Sindroma unicuma. Эпилог

Прибавь ответственную должность, стрессы и расшатанные нервы. Ничего удивительного в том, что прихватило сердце.

— Намекаешь на саботаж и уклонение от обязанностей? — усмехнулся муж. — Мой отец выполнил указание вышестоящего руководителя. От себя могу добавить, что он постарается смягчить пребывание под арестом.

— У Рубли поехала крыша! — объявила я.

— А у кого из нас она не поехала бы? Око не ошибается, и переворот состоится. Но когда?

Поднявшись с корточек, он пошел на кухню, где загремел посудой.

— Ты хотел бы увидеть будущее в divini oculi*? — крикнула я вслед.

Наступила тишина.

— Нет, не хотел бы, — ответил Егор. — Покорми меня. Я голоден как волк. Сейчас слопаю тебя вместо ужина.

Я потопала на кухню, чтобы разогреть пиццу. И интуиция подсказала мне, что он ответил неискренне на заданный вопрос.

А вскоре разговор о поездке на восток и вовсе затух, потому что следующим вечером Константин Дмитриевич велел нам заняться неотложными делами. А именно: уволиться с должности младшего лаборанта, избавиться от комнат в общежитии и переехать в алую зону, где сидеть на чемоданах.

Нечего разводить канитель.

— А разве…? — оглянулась я неуверенно на Егора. Кто-то говорил, что поездка на побережье отменяется на неопределенное время.

Муж пожал плечами, мол, нечему удивляться. Ситуация меняется каждую минуту как стрелка компаса.

Получение аттестата совпало с бюрократической беготней. Я увольнялась, Егор сдавал квартирку в общежитии. Хлопотное это оказалось дело. Птичка-невеличка он же комендант придирался по пустякам, блюдя порядок. Блюдя, чтоб его. Парочку раз об батарею, блюдя. И разочек защемить голову дверью.

Принципиальность коменданта довела Егора до белого каления.

При увольнении я рассталась с удостоверением, выданным Министерством образования. Как мне объяснили, не имеет смысла снимать clipo intacti*, обновленный два месяца назад. Через месяц волны распрямятся, и щит исчезнет.

С освобождением жилплощади вышла морока. Легко сказать: «освободи квартиру», а сделать значительно труднее. За год жизни на четвертом этаже мы накопили не только хлам, но и дорогие сердцу безделушки и прочую мелочевку. К примеру, куда девать ту же посуду, не говоря о шторах?

И хотя мне помог опыт прошлых переездов, когда всё лишнее беспощадно выбрасывалось на помойку, на этот раз я попросила Егора отвезти ненужности в комиссионную лавку в районе по соседству.

И договорилась с продавцом, что сданные нами вещи будут отдаваться бесплатно, в нагрузку к приобретаемым товарам. Когда «Турба» отъехала от комиссионной лавки, на витрине красовалось объявление: «Грандиозная акция!»

И все же кое с чем я так и не смогла расстаться. Например, с плафончиком.