Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

А если не хочешь, чтобы он выказал его и тебе, лучше сядь, не то тебе придется бoльшую часть пути добираться вплавь.

Они отчалили в тишине, развернулись и поплыли, разрезая носом поверхность воды.

Альтсин уселся спиной к носу.

– Сюда всегда приплывает эта лодка? – спросил вор.

Улыбка старухи была сродни болезненной гримасе:

– Нет. Не всегда. При моей жизни – а я наведывалась в долину довольно часто – видела я ее лишь дважды. В последний раз лет двадцать назад, когда высадились несбордийцы. Лодка из ванухии поплыла вверх по реке, чтобы привезти пред лицо Оума рассорившихся вождей племен.

Это было перед тем, как они провозгласили камелуури. Обычно же на берегу ждет просто лодка, с веслами и под парусом.

–?Ванухии?

Она послала ему усталую улыбку:

– Если чего не знаешь – спрашивай, да?

– Верно. Спрашивай, даже если ждешь лжи. Порой то, как тебе врут, скажет тебе больше истинной правды. Потому что ложь обычно скрывает слабость.

– Ванухии – это просто дерево. Древа. Те, которым служат Черные Ведьмы. Важнейшие в мире. Увидишь в долине.

– Древа? – Непонятно почему, но Альтсин полагал, что древо будет одно: гигантское, величественное, лучше всего в золотой коре и с серебряными листьями, вокруг которого снуют жрицы в длинных одеяниях.

– Увидишь.

Ведьма замолчала и долгое время смотрела лишь на воду. Они плыли с постоянной скоростью, Альтсин, глядя на ветки за бортом, оценил ее примерно в пять узлов, а потому должны бы встать на другой берег примерно через пару часов. Из того, что он слышал, озеро около десяти миль в диаметре, питала его Малуарина, вливаясь в него с востока и выливаясь с юго-западного конца. Но тут, в центре его, когда один берег исчезал из глаз, а второй становился лишь намеком на тень на горизонте, не чувствовалось ни течение реки, ни ее сила.

Он вздохнул. Хорошо отдохнуть минутку-другую, перед тем как…

Он предпочитал не задумываться о том, что его ждет в долине."

"До сих пор он особо не размышлял над тем, что случилось в замке. С того момента, как старая ведьма объявила ему волю племенного бога, с короткого, лаконичного прощания с Домахом и Найвиром, чьи несмелые протесты на ломаном сеехийском совершенно проигнорировали, вор не нашел и минуты, чтобы подумать.

Оба монаха должны были вернуться в Каману морем, и Альтсин надеялся, что они справятся с плаванием. Наверняка он мог сказать одно: просьба Оума не была просьбой, которую можно проигнорировать, а долг, имевшийся по отношению к монахам у отца Йнао, совершенно ничего в этом случае не значил. Более того, воины Малого Кулака сопровождали их на первом этапе пути, но Альтсин понимал причины их поведения. Оум приказал ему прийти, а потому чужак будет доставлен на место.

Он не сопротивлялся.