Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Они не ожидали серьезного отпора, в лагерях находились, главным образом, женщины, немного мужчин, которые должны были их оплодотворять, и множество детей.

Оум замолчал, позволяя, чтобы тишина наполнила пространство между ними, и в этой тишине Альтсин стал отбиваться от навязчивых видений. Это слишком отдаленное прошлое, чтобы иметь значение, повторял он, а кроме того, там были не его люди. Не его женщины, мужчины и дети. Их судьба ничуть его не касалась. Но почему, проклятие, он чувствовал, как ком подкатывает к горлу, а руки – трясутся?

– Мы осматривали следы, – продолжил бог, – а тех было много, хотя после… чистки острова прошел уже год.

Часть лагерей застали врасплох, они не ждали нападения, часть захватили после короткой осады. Пленных не брали, целью было лишить Кулак Битвы сторонников, которые возносили бы ему молитвы, и рекрутов, готовых за него гибнуть. Уничтожили обитателей десяти из одиннадцати лагерей. Мужчин, женщин и детей. Всех.

– А последний лагерь?

– Тот, за которым присматривал Имили? То есть Имвили, если ты говоришь, что его звали именно так, я-то не помню точно.

Тот лагерь сопротивлялся. Одноногий воитель провел тут свою предпоследнюю кампанию. Под его опекой было десять тысяч людей, из которых примерно треть – недобитки из других частей острова. Он спрятал женщин и детей помладше в лесах и в горах на западном берегу. Из немногочисленных мужчин и тех женщин, которые умели и хотели сражаться, создал стражу. Вооружил детей постарше, тех, кому было двенадцать-тринадцать, которые и так уже завершали военное обучение, – и начал нападать на захватчиков. Леса покрыл сетью ям, падающими деревьями и прочими ловушками, отравлял источники и уничтожал припасы пищи. Стрелял в спины и перерезал горла спящим. Мы должны печалиться, что никто не сложил песнь о его войне.

Альтсин почувствовал внезапный прилив гордости. Гордости за того воина, за его отчаянность и жертвенность. Проклятие! Это уж слишком. Он тряхнул головой: убирайся!

Не помогло.

– Он сражался полгода. Может, и дольше. Отряды Галлега и других богов скоро начали избегать западную часть острова, даже сопровождавшие их чародеи не решались заходить туда с того момента, как Имвили завлек двоих из них в ловушку, захватил и посадил живьем на кол.

Но для Бессмертных цель все равно была достигнута, Кулак Битвы утратил источник новых воинов, а те, кто уцелел, перестали ему молиться, поскольку так оно чаще всего и происходит: мы отбрасываем богов, которые равнодушны к нашим страданиям. Потому через полгода они велели своим людям отступить, чтобы не терять их в ненужной партизанской войне. Покидая остров, они уничтожили все, что им удалось найти, и отплыли, чтобы уже не вернуться.