Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Потом она вышла на берег и впервые за многие годы проговорила весь кендет’х, все молитвы, чье значение она некогда не до конца понимала, но которые теперь сделались для нее предельно прозрачны.

Мы те, кто мы есть. И так уж оно и останется.

В деревеньке, расположенной в миле от города и состоящей из дюжины занятых и полудюжины пустующих халуп, что были выстроены из принесенных волнами обломков, жили невысокие темнокожие люди, чей суанари мягко пощелкивал простыми словами и выражениями. Обитали они на берегу моря издавна, как рассказал ей один из старых рыбаков, – с того момента, как солнце впервые взошло над миром, протирая удивленные глаза.

А если море и забирало порой их дома, сети, достаток, то они начинали сначала, выстраивая селение в другом месте, чтобы утром и вечером уплывать на глубину в долбленках, состоящих из двух соединенных корпусов, и ловить… не ловить, а принимать дары Близнецов, а после обменивать их на вещи, которые сами рыбаки не умели изготовить. И, естественно, радоваться жизни.

Рыбаки приняли ее так, как принимали все, что приносило море, а она ведь пришла с пляжа.

Закрывала лицо? Морю не должно объяснять свои дары. А она нашла спокойствие, внутренний ритм, она училась терпению. Впервые за месяцы ей не казалось, будто кто-то за ней наблюдает, оценивает, пытается использовать в собственных планах.

Кендет’х же всем своим мелодичным звучанием и ритмом, какой он навязывал дням и ночам, приносил успокоение. Она открывала его наново – каждую из шестисот двадцати двух молитв. Деана успокаивалась.

Теперь она была просто ависсой и вот уже много дней ждала знака от Матери.

Отголоски событий в Белом Коноверине добирались до нее благодаря тем, кто два раза в день перегружал из лодок в бочки свежую рыбу, отвозя ее в порт.

Случился Танец Любимиц, когда восемь избранниц Варалы провезли по городу на спинах слонов – естественно, с лицами, спрятанными под вуалями. Народ приветствовал девушек радостью и шелковыми шалями, бросаемыми под ноги животным.

Князь проехал вдоль стен на спине у Мамы Бо и кидал в толпу мелкие золотые монеты.

Аф’гемид Буйволов был назван предателем, поскольку трижды не явился после призыва из дворца.

Сплетни, невесть кем распускаемые, говорили, что Лавенерес еще не выполнил своей обязанности ни с одной из Святых Девиц.

В городе призывают к оружию отряды нуавахи, а для слонов пошили новые доспехи.

Две плантации сожжены рабами дотла.

Аф’гемид Тростников был вызван во дворец.

Отряд Соловьев, насчитывающий тысячу всадников, отправился, чтобы подавить бунт в зародыше.

Жрецы Огня провозгласили, что у Камня Пепла было видение пламени, которое выйдет из Ока, чтобы вернуть справедливость и покарать грешников.