Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Люка откуда-то помнил, что Кровавый Кахелле сейчас генерал; он долго сопротивлялся, но потом, когда они взяли Помве в осаду, его заставили надеть синий карваш. Война, по меекханской военной мысли, требовала четкой иерархии командования. Какой-то лейтенант не мог отдавать приказы капитанам и полковникам.

Проклятие, Люка попытался встать и отсалютовать, но тело не слишком-то хотело слушаться. Может, наконец кто-то из этих дурней заметит старого солдата и поможет ему добраться до ближайшего фельдшера? Или хотя бы куда-то в тень. Похоже, он-таки рановато полез в бой.

— Я… уже иду, Люка. — Колесо прикоснулась к его распаленной голове ледяными пальцами. — Отдохни. Тогда станешь чувствовать себя получше.

Исчезла, как и появилась, беззвучно. Вер-Клитус знал, что девушка не любит их предводителя, потому что тот при каждой встрече пытался отослать ее в тыл. Военная натура Кахеля-сав-Кирху страдала при виде ободранной малолетки, которая носится в первой линии атакующих. А может, он просто хотел ее сберечь?

За шанцами появилась очередная группа солдат, теперь под предводительством Оверерса-кан-Сумора. Были это те, кто не умел отступать в строю, и после каждой атаки их требовалось собирать в кучу.

Люке неохотно пришлось признать, что сав-Кирху обладал нюхом на командиров. Капитан Третьей не сидел в тылах, смело вел атаки и не оставлял людей на смерть, а потом быстро и умело организовывал их возвращение в настоящую роту. За три минувших дня он уже успел заслужить немалое уважение.

— Большие потери?

Кан-Сумор пружинисто отсалютовал.

— Еще подсчитываем, генерал. Парни атакуют отважно, но когда приходится отступать — теряют голову.

— Потому что, как говаривал мой капитан во время каждой муштры, чтобы сделать «черепаху» под обстрелом, нужно иметь яйца размером с бычьи, а мозг — не больше мышиного.

Хорошая работа. Мы уже на позициях завтрашнего штурма. Поставили шанцы под Черными и Синими вратами. Всего в ста шагах. Завтра входим в город.

Между Черной и Синей башнями в Помве был длиннейший участок стены, прямой, как по линейке. Почти полмили. И всего-то шесть башен на всей протяженности. Оборона до сих пор опиралась здесь на широкий ров, но за четыре дня атак ров уже успели засыпать так хорошо, что будь у восставших осадные башни, они могли бы подъехать под самые стены.

А стены там порой были всего-то восемнадцати футов высотой."

"Именно поэтому их полк нынче атаковал уже трижды. Как и остальные подразделения повстанческой армии. Чтобы растянуть силы Помве вдоль всей линии обороны, чтобы измотать их непрестанными боями и не дать ни минуты отдыха. Чтобы специально подготовленные отряды саперов могли засыпать ров и поставить шанцы, из-за которых завтра начнется решающий штурм.