Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Кор’бен Ольхевар смастерил для этого два тарана: гигантские стволы, закрепленные на подвижных рамах, покрытых мокрыми шкурами, должны были выломать ворота или разрушить фортификацию и открыть восставшим дорогу к центру города.

Естественно, обороняющиеся не могли не видеть эти приготовления. Наверняка они забили ворота землей и камнями и готовили лучшие свои отряды к отражению атаки. Буйволы. До сих пор армия рабов не сходилась с ними на длину меча. Стены обороняла городская милиция и наемные отряды, а значит, элитная пехота Белого Коноверина будет отдохнувшей.

И отчаянной.

Такие мысли, должно быть, пришли в голову и капитану Третьей роты.

— Кто пойдет в атаку, генерал?

— Мы просим об этой чести, — отозвалась мелодичным голосом Деменайя.

Вот ведь. Люка тряхнул головой. Не заметил эту женщину, пока она не открыла рот. Каким чудом он мог не увидеть ее прибытия? Более семи футов роста, привлекательная задница и фантастическая грудь? Пожалуй, он и правда болен.

Одетая в свободные шелка цвета бледной зелени, побрякивая золотыми браслетами на запястьях и щиколотках, Деменайя выглядела ослепительно.

Словно оживший памятник племенной богини. Привлекала внимание тем гипнотическим, пронизанным эротизмом образом, заставлявшим многих мужчин сделаться ее личными стражниками, о которых сплетничали, что те служат ей как днем, так и ночью.

Она и сейчас появилась между солдатами Полка Волка, окруженная дюжиной чернокожих воинов. Не гигантов из Уавари Нахс, а потому она была выше любого из них почти на фут. Люка ухмыльнулся украдкой: она слишком любила выделяться. Он уже встречал ее несколько раз, всегда в окружении вооруженного эскорта и горсти прислужников.

Статус ее оставался неясным. Она уже не использовала титул Королевы Невольников, потому что среди восставших не было больше рабов, но некоторые до сих пор воспринимали ее с набожным уважением, как высшую жрицу Служанки. Зато большинство меекханцев относились к ней со смесью снисходительной насмешки и легкомыслия. Служанка не была их богиней, их госпожой оставалась Баэльта’Матран — праматерь, сильнейшая из богинь Всевещности, а не покорная богинька, выдуманная хозяевами.

И все же к Деменайе прислушивались, особенно те невольники, что происходили из местных народов и из черных племен.

Даже Уваре Лев и элита его воинов считались с ее мнением. Что, как видно, позволяло ей говорить от их имени.

— Уавари Нахс ударят в город, едва утром встанет солнце, — добавила она, ослепительно улыбаясь.

— Я согласился. — Кахель-сав-Кирху спокойно кивнул женщине. Один из немногих, он был стоек к чарам чернокожей красавицы. — Уваре Лев настаивал, а я не вижу причин, чтобы ему отказывать.