Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

А мальчик вырос тем, кто перековал старые легенды на новую религию и пошел с ней к людям. Прихрамывая, хе-хе. Сперва над ним смеялись, потом, когда к нему стали сходиться толпы, его провозгласили еретиком и побили камнями, или сожгли на костре, или разорвали лошадьми… причина его смерти важна не так сильно, как ее эффект. Потому что из еретика сделали Мученика и Пророка. А его верные за несколько десятков лет изменили лицо мира, повалив империю и убив старых богов. И Древо Мира выпустило новую ветку, на которой судьбы человечества пошли своим путем.

Рыжий лейтенант оказался на удивление сообразительным.

— То есть — что? Я убью какого-нибудь разбойника — и будет одна ветка, а если отпущу его — другая?

— Только если этот отпущенный тобой разбойник радикально изменит лицо мира. Впрочем, что там разбойник, ты ведь помнишь войну с се-кохландийцами? Битвы, погромы, покорения, резню? Все это не заставило бы Древо Мира выпустить новую ветку. Кочевники могли покорить Меекхан, и знаешь, что случилось бы? Ничего. Они оказались бы слишком малочисленны, чтобы повлиять на судьбы всего мира. Вероятно, одну империю заменили бы другие — и только. Отец Войны, даже покорив страну, оставил бы меекханскую администрацию и чиновников, чтобы иметь возможность управлять, собирать подати и всякое такое. Опасаясь религиозных бунтов, не пытался бы уничтожить культ Великой Матери, его вожди женились бы на девушках из местной аристократии, а славные воины — на дочерях дворянства. И не имело бы значения, поглотили бы их меекханские туземцы через сто или двести лет — или вспыхнуло бы уничтожившее их восстание. Для основного ствола, — Альтсин ухватился за деревце, — не было бы никакой разницы. Разные дороги истории человечества все равно ползут вперед, порой лишь слегка меняя расположение слоев, как и в настоящем дереве. Но идут они все время вверх. Только событие силы конца света, порой даже приходящее извне, делает так, что Древо Мира выпускает новую ветку. Взгляни сюда.

Вор стукнул по одному из разветвлений.

— Что-то случилось на солнце. Не спрашивай, что именно, но оно вдруг выплюнуло из себя такой жар, что боги льда умерли, леса загорелись, а шапки снега на величайших вершинах растаяли и стекли в долины. А потом солнце приугасло до красного пятнышка на небе, погружая мир в сумерки и мороз. И снова взорвалось жаром, и снова охладилось, и так по кругу.

— Солнце не может так себя вести."

"— Ох, солдат, я рад, что в офицерской академии учат астрономии и астрологии. Искренне рад. Но ученые астрономы и маги согласны, что наш мир — это шар, кружащий вокруг солнца.