Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Кровь, брызгающая из артерии, попадала ему прямо в лицо, заливала теперь глаза, смешивалась с его собственной. Йатех не отпускал противника, пока движения того не ослабели, пока не стих пугающий свист, выходящий из перерезанной трахеи.

Он поднял голову на звук приближающихся шагов. Сабер’х уже закончил свой бой. Некоторое время кузен смотрел на него с уважением.

– Нам потребуется иголка…

– …с ниткой, – сказала слепая женщина. – Попроси тетку Фатрэ дать корзинку с инструментами для шитья.

Ее худые руки со сморщенной кожей с ловкостью, свойственной лишь слепцам, прошлись по дырке в верхней одежде.

Безошибочно находя крупицы грязи, крохотные камешки, она убирала их быстрыми, нетерпеливыми движениями. Погладила тонкую материю, прошлась по вышивкам.

– Это верхняя кхандава? – спросила она.

Он кивнул, хлюпая носом. Так она его и нашла, зареванного и всхлипывающего, спрятавшегося в дальнем углу родовой усадьбы, в подвале, что состоял из нескольких подземных комнат, вырубленных под собственно жилыми помещениями. Из-за низкой температуры хранили там запасы пищи и воды, попали сюда также каменные жернова и женщина, которая их вращала.

Собственно, это она высунулась из своей каморки, в которой, кроме этих жерновов и узкой постели, не было больше ничего. Дети в усадьбы смеялись над ней и называли огалева – мрачная баба. Вообще-то во время игр они не приближались к подвалам, хруст жерновов прекрасно отпугивал и предупреждал, что огалева не спит. Большинство из них боялись ее и старались избегать. Если бы не случай, он бы сюда не попал. А так, хлюпая носом, он корчился в своем укрытии, а она нашла его и вытянула из угла. Руки ее ощупали дыру, распознали, что это за одежда.

– Это кхандава? – повторила она, не в силах дождаться ответа.

Он кивнул и сразу же, поняв, что покрытые бельмами глаза не могли этого заметить, ответил:

– Да.

– Что – «да»? – усмехнулась она.

– Да, тетя, это кхандава.

Пальцы женщины остановились на миг на ремешках, перетягивающих его грудь. Свежая выдубленная кожа скрипела и отчетливо пахла.

– Ты сегодня получил свои первые настоящие мечи, верно?

– Да, тетя.

– Сколько тебе лет?

– Семь.

Руки ее прервали путешествие по материалу и запутанной вышивке, украшающей перед и бока одежд.

– Это птица, верно? А это – пламя. – Она дотронулась до левой и правой половины его груди. – Вокруг бегают звери: олени, серны, лисы, барсуки. Много зеленой травы, голубой ручей. Это красивая кхандава. Где ты ее порвал?

– На тренировочной площадке.

– Торопился испробовать новые мечи? Правда? И не подумал ее снять? – вздохнула она. – Полагаю, что нет. Но порвали ее не оружием, – сказала она.

– Нет, – всхлипнул он. – Я споткнулся.

– Конечно. Снимай ее давай-ка.