Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Не опустился на землю – стрела с зелеными перьями свистнула мимо уха Кайлеан и пришпилила его к стене. Она же не стала ждать, что будет дальше, соскочила с седла и в глубоком выпаде рубанула горизонтально, чуть глубже, чем нужно, аж острие звякнуло о камень, – но это уже не имело значения. Голова Помётника улетела во тьму.

Оглянулась. Дагена как раз накладывала на тетиву следующую стрелу.

– Нет нужды, Даг.

– Есть, – прохрипела та. – Этот сукин сын едва меня не ослепил.

Лук брякнул снова. Они постояли минутку, тяжело дыша.

– Как ты?

– Словно получила в морду казанком кипящего масла.

 – Черноволосая осторожно дотронулась до щеки, зашипела. – Будут шрамы?

– Нет. Мордашка у тебя красная, но кроме этого – ничего. Племенная магия, верно?

– Бабка гордилась бы. – Дагена болезненно улыбнулась. – Если бы не амулеты, ободрал бы меня до кости.

– Если бы не твои амулеты, он прикончил бы нас обеих. Где остальные?"

"– Сбежали… наверное. Когда ты промчалась мимо, я вроде услышала топот за спиной, и кажется мне, что это они перепутали направление. – Дагена вынула из колчана еще одну стрелу. Кивнула: – А с ним что?

Се-кохландиец, вот же так его и разэтак, она совершенно о нем позабыла.

Кайлеан подошла к лежащему на земле всаднику. Тот тяжело, хрипло дышал. Когда он столкнулся с Помётником, волна чар, видимо, вышибла его из седла. Доспех его свисал клочьями и дымился, ноги казались сломанными. Простое оружие таких ран не оставляло.

Саблю в ножны она не вкладывала. Не стирала с нее кровь. Зачем дважды делать одну и ту же работу?

Должно быть, он прочел это по ее лицу, поскольку приподнялся на локте и миг-другой пытался выглядеть одновременно гордым и презрительным.

Непростое дело, когда тебе семнадцать и ты истекаешь кровью на площади, покрытой лошадиными и коровьими лепешками.

– Вех крендлартсанн… треолинн…

– Не напрягайся, парень. – Она подошла ближе и присела на корточки, видя с удовлетворением, как при слове «парень» щеки его заливает волна багреца. – Во-первых, Наездники Бури уже много лет обязаны знать меекханский хотя бы в той степени, чтобы суметь расспросить пленных. Во-вторых, ты ведь меня понимаешь, верно, парень?

Он не отвел взгляд, как она ожидала, и лишь слегка кивнул.

– Заканчивай, – рявкнул он.

– Охотно, но чуть позже. Сперва расскажешь мне, зачем вы напали с Помётниками на наш город.

Он немо ловил ртом воздух – как видно, ожидал всего, но только не подобного обвинения.

– Мы не нападали с веардехасс на ваш город… мы нападали на них… На банду Помётников, которые свили себе здесь теплое гнездышко, и… и на их слуг. Ну давай, – он гордо глянул ей в глаза, – ну давай, ты… кавеннеа’фенн.

Кавеннеа’фенн, паршивая собака, что жрет трупы на поле битвы. Неплохо.