Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Барону наконец надоело корчить рожи зрителям, и он двинулся на противника, размахивая палашом. Глядя, как он движется, Альтсин был уверен, что два первых удара тот нанесет, как и в прошлые разы, легко и медленно, а потом ударит всерьез. Публика требует крови, а потому – он даст ей кровь, рана наверняка не окажется смертельной и даже тяжелой – но будет зрелищной. Потому что развлечение должно продолжаться еще некоторое время.

Они сошлись посредине поляны. Первый удар сверху, прямой, второй чуть наискось – и третий! Быстрый, снизу и слева, от запястья полувыпрямленной руки.

Клинок палаша превратился в размытую полосу. Удар должен был разрезать бедро, причинить рану болезненную и зрелищную. Альтсин принял его на клинок, неловко, почти плашмя, и дворянин плавно крутанул сложную «мельницу». Палаш затанцевал в руке вора и отклонился вбок, открывая хозяина удару.

Альтсин шагнул вперед так быстро, что барон даже не успел отойти в сторону, провернул оружие в руке и нажал, клинки заскрежетали, а гарды столкнулись. Одним движением он сменил хват на обратный – нечто, о чем настоящий фехтовальщик и не подумал бы, палаш внезапно оказался направлен клинком вниз, открывая все тело, гардой блокируя верхний финт.

Сам же он ударил второй рукою, попав кинжалом в туловище дворянина. Слишком слабо, кольчуга выдержала, хотя сила удара выбила из противника короткий вскрик. Вор слегка улыбнулся.

Капитан миттарской галеры не применил бы такого фокуса, а вот портовая крыса – с огромным удовольствием. Приветствую в реальном мире, сукин сын.

Альтсин пнул противника в колено, попал плохо, слишком высоко, хотя и почувствовал, как нога барона слабеет, и ударил кинжалом вниз, во внутреннюю часть бедра.

Промазал на волос. Эвеннет-сек-Грес все же был прекрасным фехтовальщиком. Он освободил плащ, крутанулся, вышел из клинча молниеносным поворотом, отгоняя Альтсина горизонтальным ударом. Вор тоже отскочил, поменял хват оружия и выставил оба клинка перед собой. Встал в позицию наемного забияки, что дерется ножом и палкой. Конец игре в дворянской комедии.

Он повел кинжалом, чтобы все заметили карминовые – почти черные в свете факелов – капли на острие.

– Полпальца, – произнес он впервые с начала поединка. – Подумай об этом, барон.

Всего полпальца – и ты был бы мертв.

Белые штаны дворянина быстро темнели. Полпальца – и вор рассек бы ему артерию – и все бы завершилось. Рана должна была болеть.

Альтсин широко ощерился, пытаясь спровоцировать противника на ошибку. Он учился биться ножом и стилетом, палкой и дубиной. Оружием бедноты. Мог поймать барона врасплох и пустить ему кровь, но теперь развлечение закончилось. В настоящем поединке с благороднорожденным фехтовальщиком у него не было ни шанса. Разве что тот поддастся чувствам.