Сказания Меекханского пограничья. Книги 1-5

Все замерли, словно само время споткнулось и остановило свой вечный бег.

Праведные были превосходными рубаками, но, когда помогающая им Сила исчезла, они вновь стали обычными людьми. Умели много, но здесь этого не хватило бы им даже в том случае, будь их пятнадцать, а не пять. Потому что для чужого воина они представляли собой лишь мелкое препятствие, столь не важное, что он даже на них не глядел. Он кивнул вору и печально улыбнулся.

А потом принялся убивать.

Двинулся, делая быстрые маленькие шажки, словно бежал по тропке, выложенной углями. Первого противника он убил на полушаге, вор даже не заметил удара, отрубившего мужчине руку вместе с плечом, в воздухе лишь мелькнул темный клинок, а жутко искалеченный дворянин плюхнулся в реку и тотчас же исчез под водой.

"

"Со следующими Праведным воин обменялся двумя ударами, а потом раздался мокрый посвист, и убийца внезапно оказался за спиною противника. Не сбиваясь с ритма, он приближался к следующей паре. Мужчина, которого он миновал, стоял еще миг-другой с поднятым вверх мечом, словно готовясь к последнему, страшному удару, после чего оружие выпало из его руки, а сам он упал на колени, согнулся напополам, ткнувшись лбом в доски, и тихо заскулил.

Тело его дернулось в единичном спазме. Он сделался неподвижен. Вода, текущая из-под мола в том месте, где он корчился, окрасилась в багрянец.

Парень, атаковавший Альтсина, отступил к остальным, еще живым, Праведным, а кончик меча, который он держал в руке, явственно подрагивал. Без стоящей за ним Силы был он лишь обычным молокососом, испуганным и понимающим свою смертность.

Один из Праведных внезапно опустил меч, поднял руку и выдавил из себя:

– Погоди… я не…

Убийца не позволил ему закончить, ударил левым клинком сверху, блокируя его меч, правой же хлестнул по шее, а потом выполнил красивый, изящный пинок, отправивший дворянина под ноги подбегающего товарища.

Мягкий уход с линии атаки – и кончик клинка, словно черный клык вырастающий из спины Праведного, завершили битву.

Самый молодой остался в одиночестве. Встал спиною к реке, миг-другой отчаянно переводил взгляд вправо-влево, от убийцы к вору, словно раздумывая, кого выбрать. Внезапно развернул меч, упер рукоять в доски и кинулся вниз. Клинок вошел в подвздошье.

Парень кашлянул, захрипел и свалился в воду, а река моментально милостиво поглотила тело.

Они остались одни. Альтсин взглянул незнакомцу в глаза и не заметил в них ни гнева, ни мрака, ни бессмысленной ярости. Только равнодушное спокойствие.

– Она тебя искала. – У чужака был странный, мягкий акцент. – Искала тебя вот уже месяц. Я уж думал, что мы покинем город.

– Тех ублюдков на крышах – это ты?

– Нет. Мы. Я и она. Пятерых.

Короткая арифметика показывала, что граф нынче лишился всех своих любимцев.