Сходняк

Им лишь осталось дождаться, когда Маша позвонит в дверь квартиры «тридцать восемь». Неизвестно, сколько человек засело в квартире, где и кто из них находятся, прислушиваются ли к звукам извне. Поэтому требовалось, как учили Карташа в училище на занятиях по тактиктие и стратегии, отвлечь внимание противника на ложный объект и зайти с тыла. Вот и пускай противник сползается к входной двери.

– Что бы ни случилось, одного оставь, – шепотом напомнил Гриневский. Он уже черт знает сколько раз говорил это.

Трель звонка была слышна и на балконе."

"– Взялись, – выдохнул Гриневский и пошел первым.

Ухватившись за ржавые вертикальные арматурины, перегораживающие общий балкон, он перебросил одну ногу через перила, другую, и очутился на территории собственной квартиры. Карташ проделал тоже самое. Спрыгнул на груду каких-то железок, накрытых от дождя ребристым пластиком. Бросил взгляд мельком вниз – никто из редких прохожих голову вверх не задрал, шли себе мимо...

Балконная дверь оказалась запертой, но этот момент сложным не представлялся. Уж кому, как не Таксисту, знать особенности собственной квартиры! Например, такую особенность, как слабый шпингалет балконной двери, который отлетит, если дернуть посильнее – не говоря уж про то, что если рвануть со всей дури. Жена всю плешь проела, чтобы поставил замок понадежней, неровен час кто-то заберется, но у Петра не так уж много было времени заниматься делами домашними, надо было деньги зарабатывать...

Под рывком Таксиста дверь широко распахнулась, звякнуло стекло, и они ворвались в комнату. Здесь находился только один. Сидел в кресле перед журнальным столиком, спиной к балкону. При первом же постороннем звуке он гибко наклонился к столу, схватил что-то, лежавшее на газетах среди бутылок и шоколадных оберток, начал оборачиваться... И в этот момент Гриневский, прыгнув двумя ногами вперед, сшиб его на пол, навалился сверху.

Карташ не смотрел, чем закончится дело, он пролетел комнату насквозь, за шаг до двери упал на пол и, прокатившись по паркету, оказался напротив дверного проема... И вовремя. Хлопнул смягченный глушителем выстрел, пуля прошла над Алексеем... а не упади он – ввинтилась бы точнехонько в живот.

Карташ вдавил спуск «узи», и стрелявший задергался в коридоре, прошиваемый автоматной очередью.

А вот с третьим вышло неладно. Оч-чень неладно.

Оказывается, этот третий уже успел открыть дверь и, сходу сориентировавшись, выдернул на себя Машу, прикрылся ей как живым щитом.

– Бросай ствол, падла! – завопил этот третий, приставив к Машиному виску «зауэр». – Замочу биксу!

– Хорошо, хорошо, – изобразил Карташ полную покладистость. – Смотри, я кладу пистолет на пол...

«Ну! Ну же! мысленно заклинал Карташ.