Следуя за тенью

Кайрену хватило одного взгляда, чтобы оценить: вес контейнеров был далеко не маленьким: воздух между их днищами и поверхностью земли дрожал и плавился, едва не искрясь, солдаты же привычно держали ноги на расстоянии.

Отряд пересек купол, направляясь к ближайшему выходу, и ворота альфа-шахты распахнулись, выпуская его наружу. Пять контейнеров один за другим проплыли мимо Кайрена, достаточно близко, чтобы он сумел разглядеть ярко-синий знак — герб империи на их крышках. Впрочем, он и так не сомневался, что находится у них внутри!

Они опоздали!.. Поводырь грязно выругался, вновь ероша коротко-стриженные волосы.

А потом вдруг широко усмехнулся. Может быть, пора взглянуть на ситуацию под другим углом? Они не опоздали, а всего лишь предоставили имперским десантникам сделать самую сложную часть работы за них!

* * *"

"Дочь императора услышала, как с тихим шорохом закрылась дверь за ее спиной, но не повернула головы. Она в два шага пересекла крошечное расстояние, отделявшее кровать, на которой лежал Дериан Лоу, от входа в каюту, и остановилась, вновь не зная, что делать дальше. Вся решимость, которая была у нее в коридоре, теперь куда-то испарилась.

Она уже даже не помнила, зачем сюда пришла. Все, что она мола сделать для этого парня, поймавшего нож, предназначавшийся ей, — это найти хорошего врача. А это она уже сделала. Ну, может быть еще спросить, почему Дериан поступил так… Почему именно он? Не герцог Вейд, по-прежнему упрямо клянущийся, что не желал ее смерти; не Силия, называвшая себя самой близкой ее подругой; не Кайрен… Почему именно этот смазливый мальчик, которого она вряд ли хотя бы одну секунду из времени их знакомства воспринимала всерьез?

Ида сделала еще шаг вперед, вплотную подходя к кровати.

Подол ее платья пропитался его кровью. На синем шелке пятно казалось почти черным и, не успев еще до конца высохнуть, при каждом движении противно липло к ногам. Девушка в очередной раз одернула платье, останавливаясь.

— Врач сказал, что ты пришел в себя, — прошептала она, зачем-то озвучивая собственные мысли. Хотела добавить: «Или он ошибся?», но в этот момент Лоу открыл глаза. На мгновение вновь зажмурился, словно свет низко висящих над постелью ксолов показался ему слишком резким, потом все же сосредоточил взгляд на дочери императора.

Ида же разглядывала его лицо, отдавая себе отчет, но одновременно так до конца и не веря, что за столь короткое время можно было так измениться! Черты лица парня заострились, кожа была не просто бледной — она казалась желтой и истончившейся, словно листки антикварной бумаги, сохранившиеся с глубокой древности. На висках и вокруг глаз синими тенями сквозь нее просвечивали кровеносные сосуды.