Слезы нильского крокодила

— А он с ним ссорился?

— Не то чтобы ссорился, просто разные они были. Степан вкалывал день и ночь. У Василя праздник жизни не прекращался ни на минуту. Ему повезло, когда он сошелся с Оксаной. Впрочем, не было бы Оксаны, была бы другая женщина, которая бы взвалила на себя такую обузу, как Вася. Степан несколько раз пробовал приобщить сына к делу. Он оплатил несколько его поездок в Польшу. Тот съездил, купил, продал, проел, прогулял. На закупку товара денег у Василя к следующей поездке уже не оставалось. Степан понял, что деньги у сыночка просачиваются сквозь пальцы как песок, и отказал сыну в ежемесячных переводах. Подозреваю, что об этих деньгах Оксана даже не догадывалась. Потом Степан предложил оплатить учебу сыну в любом институте. Учиться Василю не хотелось, он пробовал давить на отца, состоялся серьезный разговор, после которого они прекратили общаться.

— Степан переживал?

— Не очень. Он видел в Василии точную копию матери, Марии, и потому иллюзий относительно сынка не питал.

— Была еще внучка, — напомнила я. — Дедушка и Лилю не очень-то жаловал.

— Да, — вздохнув, согласился Михаил Иванович. — Вы правы, дедушка из Степана был никакой. Когда родилась Лиля, была еще жива голландская жена. Бездетная женщина очень ревностно относилась к отпрыску мужа, проживающему на Украине. Степан старался не нервировать ее разговорами о своих родственниках. Допускаю, что о рождении внучки, он умолчал. Но тут Василий и Оксана тоже виноваты. Они не отослали деду ни одной Лилиной фотографии. После смерти жены у Степана в отношениях с родственниками ничего не изменилось. Более того, у него появилась навязчивая мысль, что если они и станут напоминать о себе, то исключительно из-за денег. Но Василий не напоминал, а Степан и радовался. Честно говоря, я не очень его понимал, но там, на Западе, все повернуты на своих деньгах, и все живут своей жизнью. В этом плане Степан полностью ассимилировался, усвоив и принципы жизни европейцев. Помните, нас учили: «В капиталистическом мире человек человеку волк»?

— Было такое.

— В дикой природе как? Волчонок подрос — волчица его из норы выгнала. Зачем ей лишний рот? «Внук» или «внучка» — в мире животных этого понятия вообще не существует.

— Мы отвлеклись от главного, — прервала я рассуждения Михаила Ивановича на зоологические темы."

"— Да, пожалуй. На чем я остановился? На том, что Степан заболел. Только тогда его стали посещать мысли о дальнейшей судьбе его сбережений. Что он сделает со всем нажитым добром, вернее, кому оно достанется после его смерти? А нажито было немало: фирма, дающая стабильный доход, дом в Голландии, дом в Германии, солидный счет в банке.