Сломанное сердце

Скрючившись, он сидит почему-то на полу, одну ногу вытянув, вторую – согнув в колене, а над ним суетится Гаевский-старший, пытаясь поднять сына. Ко мне он стоит спиной, но на звук оглядывается, и я отмечаю, что свекор весь какой-то взъерошенный. А потом опускаю взгляд и едва не столбенею. Лицо Марка разбито в кровь. Толком я не вижу – он прижимает платок. Но этот платок весь в алых пятнах. Да и на полу вокруг него темнеют характерные капли.

– Боже! – вырывается у меня. – Что здесь произошло?

– Мы как раз у тебя хотели спросить! – визгливо восклицает Алексей Германович.

Марк, кряхтя, тяжело поднимается. Гаевский-старший ставит один из стульев.

– Давай присядь. Голова кружится?

– Угу.

Марк опускается на стул, морщась и кривясь, будто каждое движение доставляет ему сильную боль. Наверное, так оно и есть.

– Кажется, у меня нос сломан. И ребра… вдохнуть больно… и почки, по-моему, отбили… – стонет Марк, осторожно прикладывая платочек то к носу, то к губам. – И зуб… да, точно… суки, зуб сломали…

– Сейчас поедем, – Гаевский-старший ободряюще сжимает его плечо, потом снова шипит мне: – Кто это были такие?

– Какие такие? Вы о чем? Скажите уже внятно.

– Мы сюда пришли с Марком, как договаривались… Тебя нет. Кстати, что с бюро? Где все? Где вообще всё? Что всё это значит?

– Позже объясню. Дальше-то что было?

– А дальше… почти сразу, ну, может, минут через десять сюда ввалились три бугая. Мы даже не поняли толком, что им надо было. Тебя спрашивали. Говорили, чтобы ты куда-то не лезла… А когда узнали, что Марик – твой муж, принялись его избивать! Ногами его пинали, сволочи! – Алексей Германович вновь стал заводиться и повышать тон. – Я попытался остановить их… так эти подонки и меня отшвырнули, как не знаю кого… Телефоны у нас отобрали. Угрожали, что если сунемся, то снова придут и тогда… Кто они такие? Бандиты? Что вообще происходит? С кем ты связалась? И зачем нас сюда позвала?

И тут я понимаю, что Гаевский не столько злится, сколько напуган. Очень напуган, почти бьется в панике. За всю свою жизнь он, наверное, ни разу не сталкивался ни с чем подобным.

– Думаю, это из-за моего текущего дела.

Ну, естественно, это люди Извекова. Он ведь недвусмысленно дал понять, что будет запугивать, мстить, давить. Вот и начал. Только он не знал, что мы вчера перебрались в другой офис и подослал сюда своих амбалов. Ну а Гаевские просто оказались не в том месте не в то время. Но я же не могла это предвидеть…

– Что это у тебя за дела такие? Ты с каким криминалом связалась?

– Я вообще-то адвокат по уголовным делам. И не такое бывает.

– Вот как? А мы тут при чем? – истерит свекор. – Мы какое отношение имеем к твоим делам?!

– Вы вообще-то партнеры, – напоминаю я.