Смертный грех

— Ее можно вынуть?

— Без малейшего риска для жизни. Ему повезло: пуля могла сдвинуться и в другую сторону. Но она почти вышла наружу.

Сесилия с силой сжала стучащие зубы.

— Попробуй, Тарье.

— Попробую.

— Почему же началось воспаление?

— Из-за пули, конечно. Я думал, что она выйдет вместе с гноем, но этого не получилось. Воспаление началось в том месте, куда сдвинулась пуля. Сейчас мы все увидим!

В комнате опять воцарилась полная тишина, все замерли, только свечи бросали отсвет на темную поверхность мебели.

Тарье выглядел таким юнцом, что Вильгельмсен боялся за исход операции. Слуга совершенно не знал ни его, ни его деда, не догадываясь даже, что кроется за этим высоким, мощным лбом, в данный момент покрытым морщинами.

Пальцы Тарье осторожно, миллиметр за миллиметром, ощупывали рану. Время от времени он делал небольшую паузу и требовал салфетку. Сесилия с тревогой смотрела, как уменьшается стопка салфеток. Со лба ее стекал пот — от жара свечей и от нервного напряжения. Александр по-прежнему лежал неподвижно. Она положила руку на его плечо, желая проверить, дышит ли он.

Да, он дышал.

Стиснув зубы, Тарье решительно ухватил что-то пальцами.

Александр с силой дернулся.

— Держите его! — крикнул Тарье.

Но Сесилия заметила, что вид у него был радостный, и она догадывалась, почему: он почувствовал боль там, где до этого все было мертвым.

Сесилия и Вильгельмсен старались изо всех сил, прижимая к постели Александра.

— Я нашел ее! — сказал Тарье. — Сейчас я ее выну!

Он взял левой рукой кривой нож.

— Я уже вынимал пули раньше, — пояснил он, видя ее изумленное лицо.

Пациент очнулся.

— Лежи спокойно, — сказала Сесилия, наклонившись к нему. — Здесь Тарье. Он вынимает пулю. Не шевелись!"

"Александр внял ее словам. Сесилия чувствовала, как напрягается его тело, как оно каменеет, превозмогая боль. Он весь покрылся потом, держать его становилось трудно.

— Расслабься, — сказал Тарье. Но это было не легко сделать. Вильгельмсен взял бокал с водкой — Александр быстро сделал большой глоток.

Он и раньше терпел все это.

Тарье ждал, пока спирт подействует, продолжая крепко держать пальцами пулю. Кровь текла непрерывно, и Сесилия без конца вытирала ее, смазывая рану кровоостанавливающим средством.

Тарье достал новый инструмент, что-то вроде щипцов, попросив ее держать их наготове. Потом осторожно поддел кривым ножом пулю, взял щипцы, ухватил ими мышечную ткань, быстро и решительно дернул. Александр закричал, но теперь было уже неважно, дернется он или нет.

Пуля была у Тарье в руке! Его глаза на миг блеснули торжеством.

— Держи палец здесь, Сесилия, прижми сильнее! А другой рукой прижми здесь, нужно остановить кровь! Прижми покрепче! Как можно крепче!

Александр потерял сознание, что только помогло операции.