Снег на кедрах
Маленький остров Сан-Пьедро изолирован настолько, что его обитатели не могут позволить себе заводить врагов. Они чтут традиции, а в их умах все еще живы воспоминания о войне.В 1954 году происходит трагедия – в водах залива Пьюджет-Саунд находят тело местного рыбака Карла Хейнэ. В убийстве обвиняют Кабуо Миямото, американца японского происхождения. За судебным процессом следят все жители острова, а освещает дело редактор местной газеты и ветеран войны Исмаил Чэмберс.Много лет назад у Исмаила был роман с японской девочкой Хацуэ, которая выросла вышла замуж за Каубо. В поиске справедливости журналист начинает собственное расследование, и ему предстоит сделать сложный выбор между чувствами и совестью.
А то б не торчали здесь ни ты, ни я."
"И вот Кабуо думал, что ведь и впрямь нажил неприятности на свою голову. Потому как два с половиной месяца назад, когда Нельс Гудмундсон, сыграв с ним в шахматы, попросил рассказать, как было дело, Кабуо упрямо повторил то, что еще раньше рассказал шерифу, – что ничего не знает. Чем сделал себе только хуже. Да, он говорил с Карлом о семи акрах, да, они с Эттой Хайнэ не ладили, да, он приезжал к Уле Юргенсену. Нет, вечером пятнадцатого сентября он с Карлом на Судоходном канале не встречался. Он и понятия не имеет, что произошло с Карлом, у него нет никакого объяснения на этот счет, он ничего не знает об обстоятельствах его смерти. Он, Кабуо, всю ночь был в море, потом вернулся домой и лег спать. Больше ему прибавить нечего.
Поначалу Нельса удовлетворил его рассказ, он поверил Кабуо на слово. Но на следующее утро адвокат пришел с желтым блокнотом под мышкой, с сигарой в зубах и сел на койку. Пепел сигары осыпался ему на брюки, но старику, казалось, было все равно, или он просто не замечал; Кабуо стало жаль его. Нельс сидел сгорбившись, и у него дрожали руки.
– Вот отчет шерифа, – вздохнув, произнес Нельс. – Я прочитал его, Кабуо. От начала до конца.
– И что там? – поинтересовался Кабуо.
– Меня беспокоят несколько фактов, – ответил Нельс, вытаскивая из кармана пиджака ручку. – Расскажи мне все, что было, еще раз. С самого начала. Начиная с семи акров и дальше.
Кабуо подошел к двери и приник глазом к окошку.
– Вы мне не верите? – тихо спросил он. – Думаете, я лгу?
– Кровь на твоем гафеле… – ответил Нельс. – В Анакортесе сделали анализы. Группа совпадает с группой Карла Хайнэ.
– Мне ничего об этом не известно, ничего, – возразил Кабуо. – Так я сказал шерифу, так говорю и вам.
– Потом вот еще что, – продолжал допытываться Нельс, наставив ручку на Кабуо. – У Карла нашли один из твоих причальных концов. Обернутым о стопор его «Сьюзен Мари». Причальный конец действительно твой, сомнений тут нет никаких. Такой же, как и остальные на твоей шхуне. За исключением одного. Все это тоже есть в отчете.
– Вот как, – только и сказал Кабуо.
– Послушай, Кабуо, – ответил ему Нельс, – я ничем не смогу тебе помочь, если не буду знать правду. Не могу же я строить защиту, исходя из твоего «вот как». Нельзя, черт возьми, игнорировать такие веские доказательства, как причальный конец! Что мне делать с этим твоим «вот как»? Как защищать тебя? Будь со мной откровенным, у тебя нет иного выхода. Иначе я ничем не смогу помочь.
– Я уже сказал вам правду, – ответил Кабуо. Он повернулся к адвокату – старику с одним глазом и трясущимися руками, которого ему назначили для защиты. Прокурор советовал нанять платного адвоката, но Кабуо не внял его совету.

















