Снег на кедрах
Маленький остров Сан-Пьедро изолирован настолько, что его обитатели не могут позволить себе заводить врагов. Они чтут традиции, а в их умах все еще живы воспоминания о войне.В 1954 году происходит трагедия – в водах залива Пьюджет-Саунд находят тело местного рыбака Карла Хейнэ. В убийстве обвиняют Кабуо Миямото, американца японского происхождения. За судебным процессом следят все жители острова, а освещает дело редактор местной газеты и ветеран войны Исмаил Чэмберс.Много лет назад у Исмаила был роман с японской девочкой Хацуэ, которая выросла вышла замуж за Каубо. В поиске справедливости журналист начинает собственное расследование, и ему предстоит сделать сложный выбор между чувствами и совестью.
Обозначая свое присутствие, рыбаки вслепую продвигались на восток; по мере их удаления гудки звучали все тише. Кабуо решил, что пора выбирать сеть, а там, может, и самому продвигаться к мысу Эллиот. Впрочем, идти туда он предпочитал в одиночку. Рыбаки вели шхуны вслепую, а Кабуо не очень-то верил в их сноровку. Он решил подождать около часа, выбрать сеть и, если рыбы окажется мало, идти вслед за остальными.
Была половина одиннадцатого, когда он начал выбирать сеть, то и дело останавливаясь, чтобы вытащить водоросли. На палубу стекала вода, сыпался мусор; Кабуо обрадовался, когда показалась рыба – большие кижучи по десять-одиннадцать фунтов, с полдюжины кеты, даже три окуня. Некоторые рыбины падали на палубу, других он ловко выпутывал из ячеек. Что-что, а это у Кабуо здорово получалось; он быстро добирался до застрявших в сети длинных плавников умиравшего или уже мертвого лосося. Кабуо перебросил рыбу в трюм; туда же попали три хека и три бледных катрана, которых он решил забрать домой. Насчитав после первой выемки сети пятьдесят восемь лососей, Кабуо проникся к рыбе признательностью. Склонившись над трюмом, он долго смотрел, прикидывая в уме, сколько выручит за рыбу на консервном заводе. Он думал о том путешествии, которое эти рыбины совершили к нему, о том, что ценой своих жизней они вернут ему ферму.
Кабуо еще немного посмотрел, как то одна, то другая рыбина вздымала жабры или вздрагивала в конвульсиях, а потом закрыл трюм и струей из шланга промыл шпигаты, вычищая слизь. Для первого раза улов был совсем неплохой, ради такого стоило остаться. И хотя в тумане можно было попасть в «мертвую точку»[37], Кабуо надеялся на удачу. Пока все шло хорошо."
"Была почти половина двенадцатого, если верить часам; остаточная волна отлива еще сносила шхуну на восток. Кабуо решил включить двигатель и пройти назад, чтобы поставить сеть. Тогда сотни рыб останутся на отмели, а другие косяки, уплывшие дальше, вернутся во время прилива – сеть наполнится с обеих сторон. Кабуо надеялся, и не без оснований, что во второй раз вытянет сотню рыбин. Он рад был, что застрял в этом тумане, оно стоило того. В трюме рыба уже есть, в сети ее будет еще больше. К тому же никакой конкуренции – две трети рыбачьего флота снялись и ушли в сторону мыса Эллиот, подальше от тумана.
Кабуо зашел в рубку. Стоя у штурвала, он еще раз пощелкал переключателем, проверяя каналы радиосвязи; рядом на столе стояла кружка с зеленым чаем. Разговоров не было, видимо, любители поболтать уже ушли. Кабуо привычно глянул на указатель двигателя и сверился с компасом. Потом выжал дроссельный рычаг вперед и пошел к западу, забирая на пять градусов севернее в надежде встретить буй.
«Островитянин» вот уже с десять минут как вспарывал носом туман.

















