Снег на кедрах

Все равно земля там холмистая.

Этта налила кофе себе и ему.

– Не будем мы ничего продавать, – твердо заявила она. – Сейчас не время – земля дешево стоит. Подождем до лучших времен.

– Земля холмистая, – повторил Карл. – Обрабатывать ее трудно. Хоть и солнечное место, да вечно вода стоит. Там всегда меньше всего клубники урождается. Потому он и попросил ее, знал, что на другую-то меня вряд ли уговоришь.

– Он же хотел средние семь акров, – напомнила мужу Этта. – Думал выгадать два акра хорошей земли, ну как ты не заметишь?

– Может, и так, – согласился Карл. – Но я заметил.

Они пили кофе. Карл съел кусок хлеба, намазанный маслом и посыпанный сахаром. Съел второй. Он всегда был голоден. Прокормить такого было нелегко.

– И что ты ответил? – спросила Этта.

– Что подумаю. Знаешь, я и так уже готов был забросить те пять акров, пусть зарастают сорняками, уж больно тяжко бороться с чертополохом."

"– Не продавай, – отговаривала его Этта. – Продашь – потом пожалеешь.

– Люди они порядочные, – рассуждал Карл. – Вот увидишь, будут себе жить тихо-мирно. Ни тебе ругани, ни попоек. Соседи что надо. Гораздо лучше других, если уж на то пошло.

Карл взял трубку и стал вертеть, ему нравилось чувствовать ее в руке.

– В общем, сказал ему, что подумаю, – заключил Карл. – Ничего не обещал, просто сказал, что подумаю.

– Уж ты подумай, подумай как следует, – увещевала его Этта.

Она встала и начала убирать со стола. Ей никак не хотелось пускать дело на самотек – семь акров составляли почти четверть их земельной собственности.

– Подожди – не прогадаешь, – советовала она мужу. – Попридержи их пока.

– Может, и так, – согласился Карл. – Я подумаю.

Этта стояла у раковины, спиной к нему. Она с остервенением оттирала тарелки.

– А неплохо бы разжиться деньжатами, а? – помолчав, заговорил Карл. – Прикупили бы кое-что, да и…

– Если ты об этом, – сказала ему Этта, – то даже не начинай. Нечего соблазнять меня обновками к воскресной службе. Если мне что нужно, вполне обойдусь своими силами. Что мы, совсем обеднели, чтобы продавать землю японцам этим? Ради чего? Ради новых нарядов, мешочка дорогого табака? Говорю тебе, Карл, держись за свою землю, крепко держись, а шляпка с оборками из магазина Лотти мне ни к чему. Да и то сказать, – тут Этта развернулась к мужу, вытирая руки о передник, – ты что думаешь, у него кубышка где в поле зарыта? Думаешь, он выложит тебе сразу кругленькую сумму, да? Ты так думаешь? У него же ничего за душой нет, только то, что платим ему мы, Торсены, которым он дрова рубит, да эти католики… как их… ну те, что на Южном пляже, у пирса. Так что ничего у него нет, Карл, ничего! Будет выплачивать полдоллара за раз, аккурат тебе на карманные расходы.