Сны инкуба

Я наконец повернулась к высокой шатенке и спросила:

— Моя подруга звонила, просила довезти её домой. Пять футов восемь дюймов, блондинка, сероглазая, красивая. Слишком пьяна, чтобы разговаривать нормально.

Шатенка покачала головой, а голос из кабинки сказал:

— Да это может быть любая блондинка, что здесь сегодня есть.

Я объяснила, что блондинок в баре видела, и это не Ронни. Спросила ещё, не видели ли они её раньше. Никто не видел. Одна из женщин уселась на унитаз посреди комнаты, когда я выходила. Ну и ладно. Я открыла дверь, и то ли музыку сделали тише, то ли я привыкла или стала глохнуть.

Мика и Натэниел были там, где я их оставила, но с ними был незнакомый мне мужчина. Он был выше любого из них, но так худ, что казался меньше. У него были короткие волнистые каштановые волосы, одет он был в футболку, шорты и носки. Без ботинок. Интересно.

Натэниел взял меня за руку, как только я подошла поближе. Незнакомец взял Мику за плечо и оставил руку на пару секунд дольше, чем нужно было. Он спрашивал, улыбаясь:

— Так вы, ребята, любите дрын?

Держа Натэниела за руку, я встала перед ними обоими, что заставило человека отступить. Он обогнул меня и снова тронул Мику за плечо. Мне пришлось выпустить руку Натэниела, но я сделала ещё два шага. На миг мужчину почти прижало ко мне. Он начал было улыбаться, потом увидел мои глаза, улыбка погасла и он отступил.

Не знаю, что прочёл он у меня на лице, но он несколько запнулся на словах:

— Они сказали, что любят дрын.

— Я сказал, что меня устраивает мой собственный, — уточнил Мика.

— Если ещё кто-нибудь заговорит с тобой, — сказал Натэниел, — просто отвечай «нет».

— Вышло недоразумение, — сказала я.

Мужчина кивнул:

— Прошу прощения.

И он начал отходить.

— Мы ищем нашу подругу, — сказала я. — Она позвонила, что пьяна, и её надо отвезти домой.

Я описала Ронни.

Он глянул на меня нервозно. Что-то он знал, но вид у меня был пугающий, и он не хотел мне рассказывать. Мне надо бы научиться не пугать так людей одним своим видом, но уж больно это у меня талантливо выходит.

Рука Натэниела проскользнула у меня над плечом, и в ней была зажата двадцатка.

— Спроси ещё раз, — сказал он.

Я взяла бумажку и согнула её пополам. Мужчина смотрел на мои руки. Он уже был не так нервозен, но ясно было, что ему не нравлюсь ни я, ни происходящее. Все было не так, как предполагалось, и он чувствовал себя не в своей тарелке.

— Вы знаете, где наша подруга?

Я подняла двадцатку.

— Может быть, — ответил он, и голос его прозвучал резко.

Натэниел наклонился у меня через плечо, голос его был тих и спокоен.

— Мы хотим её найти, пока она ничего не сделала такого, о чем потом пожалеет. Она поссорилась со своим парнем, и они помирятся, но если только она не слишком далеко зайдёт.