Сны инкуба

Вы меня понимаете?

— На это можно купить частный танец, и хороший. Я должен что-то сделать за эти деньги, иначе он будет знать, что я на него настучал. Это ему не понравится, и он постарается, чтобы мне тоже не понравилось.

— Кто он? — спросила я."

"Натэниел стоял так близко ко мне, что я ощутила его вздох.

— Ронни уже внутри, Анита.

— Внутри?

— Куда они там ходят, так она уже там.

Черт.

— Отведи нас к ней, — сказала я.

— Даллас меня убьёт. У нас тут мало бывает красивых женщин.

— Мы можем просто спросить, где сейчас Даллас, — сказала я.

Что-то вроде настоящего страха проглянуло в его глазах.

— Пожалуйста, не надо.

Терпеть не могу, когда сама начинаю их жалеть.

— Как тебя зовут?

— Оуэн, — ответил Натэниел. — Он сказал, что его зовут Оуэн.

— Ладно, Оуэн, мы не хотим, чтобы тебе досталось, но если ты тут держишь нас разговорами, пока там что-то происходит нехорошее…

— Дай ему ещё двадцатку, и он сможет отвести нас внутрь, — предложил Мика.

Я посмотрела на него.

— Мы её найдём сами, а он притворится, что повёл нас туда по делу.

Мой взгляд сказал все, что я думала.

Мика пожал плечами:

— Он останется невредим, а мы получим все, что нам нужно.

Я хотела было поспорить, но рука Натэниела уже вынырнула из-за моего плеча с зажатой двадцаткой.

— У меня был удачный вечер, — сказал он.

Что это значило? Хорошие чаевые? Или что он танцевал приватные танцы, когда был не на сцене? Я не стала спрашивать — не хотела знать. Черт побери, до сих пор не хотела знать. Взяв двадцатку, я сложила её вместе с первой.

— Отведи нас туда, Оуэн.

Появился другой танцор в одежде, которую я уже начала узнавать: боксёрские трусы, футболка, носки. На этом было больше мяса, и был он смазлив, как несозревший юнец.

— Вам ещё один не нужен?

Вперёд вышел Натэниел, обнимая меня сзади, неожиданно улыбаясь.

— У нас уже полный набор мужчин есть, правда, Оуэн?

Оуэн кивнул, и я видела, как он берет себя в руки, так что, когда он обернулся к своему коллеге, лицо его свободно улыбалось. Взяв у меня из руки сорок долларов, он засунул их себе под белый носок. Это движение вышло у него неожиданно изящным и более женственным, чем должно было бы быть, будто ему казалось, что он засовывает сотню долларов под шёлковый чулок. Хорошее движение, которое сразу повысило моё мнение о нем и той работе, которую он себе выбрал. До того я думала, какого черта он здесь делает. Конечно, я меряю по стандартам «Запретного плода», и здесь мне все казались слишком тощими, слишком хрупкими, недостаточно мускулистыми, недостаточно… все, что угодно.

Я не стала выдавливать из себя улыбку — сохранила приятное и непроницаемое выражение лица.

— Да, мужчин у нас хватает.

— У нас и женщины есть, — сказал другой танцор. И посмотрел на Оуэна, на нас таким взглядом, будто не верит нам.