Согрей меня, или Научи меня прощать

Я огородила это кладбище кованой красивой оградкой из своей памяти, посадила туда чудесные ароматные розы, а на вход на территорию кладбища повесила довольно внушительных размеров замок. На этом кладбище теперь покоится парочка моих подруг, один очень хороший друг, который был мне безумно дорог и которого я считала почти своим братом, моя первая юношеская любовь и мой бывший муж. Иногда, когда мне хочется посмотреть порядок на кладбище, я открываю амбарный замок, захожу внутрь, привожу могилки в порядок, сажаю новые цветы, протираю запылившиеся фотографии, наливаю всем по рюмке водки и, чтобы никого не обидеть, насыпаю полные чашечки карамели. На могилке своего бывшего мужа я посадила березку. Это дерево всегда ему нравилось.

На моем кладбище тихо, красиво и поют птички. Тут лежат люди, которые были мне очень дороги, которых я искренне любила и которые когда-то сильно меня обидели, причинив душевную боль. Я никогда не разбираюсь с людьми, не выясняю отношения, потому что я вообще не приемлю каких-либо разбирательств. Я просто вычеркиваю их из своей жизни, из своей памяти и хороню их на своем кладбище, которое находится внутри меня и про которое эти люди никогда не узнают. Конечно же в реальной жизни они живы. Они живут своей жизнью, которая уж никогда не соприкоснется с моей. Они строят какие-то планы, встречаются с другими людьми, справляют праздники, встречают будни, но не знают, что для меня они умерли и я похоронила их на своем маленьком кладбище в сердце.

Однажды я встретила свою бывшую подругу и… прошла мимо. Я поздоровалась ради приличия и ускорила шаг. Я не смогла остановиться, спросить, как у нее дела, вытащить из себя многолетнюю обиду и расспросить подругу, почему она так со мной поступила, а затем, быть может, ее простить. Не смогла…"

"Я просто поздоровалась по старой памяти и прошла мимо. Для меня она давно умерла, а я не умею разговаривать с мертвыми. Я не стала говорить ей все, что у меня наболело, все, что я о ней думаю. Когда-то эта горе-подруга причинила мне дикую душевную боль, с которой я долгое время не могла справиться, но теперь все уже в прошлом. Время – лучший лекарь, и оно расставило все по местам.

Тяжелее всего мне было укладывать в гроб своего бывшего мужа, который никак не хотел в него ложиться и вся чески пытался из него вылезти для того, чтобы продолжать отравлять мою жизнь дальше. Когда я его укладывала, он постоянно поднимал голову, убеждал меня в том, что я без него пропаду, что мы семья (кстати, меня до сих пор трясет от слова «семья», потому что он повторял его по сто раз на дню), что без него я ничто, что, кроме него, я никому не нужна.