Спасатель (СИ)

Ярик, как обычно сидевший передо мной на седле, тут же шумно выдохнул и, пытаясь храбриться, завел речь о постороннем:

— Гавша, правда, что в Красную неделю нечистая сила выходит из-под земли и начинает буянить?

— Не, это только сказка, которой малышей пугают.

Мне тоже хотелось похрабриться, и я начал ну очень актуальный разговор с отцом Григорием о проблемах перевода библии на церковно-славянский. Тема была неисчерпаемой, и до конца пути мы перемывали косточки и семидесяти переводчикам, и их последователям. Досталось и древним арамейцам. Ну зачем они называли верблюда и веревку одним словом ""гамла"", долженствующим означать условную единицу груза, привязанную веревкой к транспортному средству? Из-за этого до сих пор во многих языках слова ""канат"" и ""верблюд"" звучат похоже, привнося путаницу в вопрос, что нужно продевать через игольное ушко. Бояре и даже слуги старательно прислушивались к ученой беседе и вставляли излишне громким голосом свои реплики. В общем-то, средство помогло, сняв состояние стресса, и встречу с монголами я ожидал уже скорее с любопытством, чем с робостью.

Через пару верст, миновав небольшую рощицу, мы подъехали к татарскому становищу. Огромных толп тут не видно, шатры комсостава довольно простенькие. Навскидку, тут квартируется никак не больше тысячи человек. У самого большого шатра — некогда синего, а теперь грязновато-бурого, нас ждал куман-переводчик.

Сняв Ярика с коня, я важно представил его:

— Князь городецкий Ярослав Ростиславович! А мы воеводы городецкие и козельские.

Монголы не стали томить нас ожиданием и сразу же пригласили внутрь. Там уже ожидал нойон, которого представили как Йисура, и два неназванных седых старичка, наверняка помнивших самого Чингиса. Все трое демонстративно были без брони, в одних длинных халатах, показывая, что никого не боятся.

На поднесенный тикмак (* подарок) — сундучок с монетами, нойон даже не взглянул, рассматривая посольство. Мы же откровенно пялились на него, благо компания подобралась не робкого десятка, и прятать глаза никто не собирался.

На первый взгляд Йисур — монгол как монгол. Безбородый, узкоглазый, с тонким противным голосом. На вид нойон весьма молодой — лет двадцати пяти. Но надо помнить, что знатные воины начинали службу уже лет с четырнадцати, так что этот Йисур мог служить еще Батыеву отцу Джучи. Или наоборот… участвовать в его ликвидации. Так, насколько известно, темника с таким именем в этом походе не было, а значит, он всего лишь тысячник. А, следовательно, полномочий убивать князя у него нет. Эта мысль прибавила мне уверенности и я заулыбался.

Не дождавшись, пока закончится игра в гляделки, толмач подсуетился и объявил:

— Нойон приглашает вас отобедать с ним.