Спаситель под личиной, или Неправильный орк

То есть, представить-то могла, но он был бы там совершенно не на месте.

А вот губы, как ни странно, казались очень мягкими. Я знала, что он мог сжимать их, от боли или от злости, тогда они даже на вид были твёрдыми. Но сейчас, когда дракон был расслаблен и даже чуть улыбался, так и тянуло провести по ним пальцем.

Какие всё же странные желания меня посещают. Хочу погладить грудь и живот мужчины, потому что они твёрдые, и губы — потому что мягкие. И вообще, что я делаю? Сижу и вожу пальцем по мужскому подбородку! Это же неправильно!

Быстро отдёрнула руку. Надеюсь, он подумает, что я просто степень его небритости проверяю.

Ну, и черты лица — на предмет возможности их изменения на женские. Точнее — абсолютной невозможности.

— Действительно, уже чувствуется, — Вэйланд потёр щёку ладонью. — Но побриться на ходу не получится, да и бритвенные принадлежности в багаже, теперь только утром. Надеюсь, Россина не заметит.

— Не заметит, — уверенно кивнула, вспоминая Вэйланда вчера, после прогулки. Щетина не бросалась в глаза даже поздним вечером. А щупать малышка его вряд ли станет. А если и станет — всё равно не поймёт.

— Когда она проснётся, можно будет остановиться, чтобы вы немного размяли ноги. Мы-то в обед хоть немного, да прогулялись, а вы так и сидели в карете.

— Ты сидел с нами.

— Но за едой-то я ходил. В таверне немного потоптался. Видела бы ты, какими глазами там на меня смотрели. Я не сразу это заметил, только когда посуду относил. В общем, теперь нам еду Глен приносить будет. В таком виде мне лучше на глаза людям не попадаться.

— Может, им просто нравятся крупные женщины? — захихикала я. — И на тебя смотрели с восхищением.

— Ага. И от восхищения плевались.

В самом прямом смысле.

— Я могу сама ходить за едой. Россина привыкла к тебе, несколько минут и с тобой посидит.

— А вдруг расплачется? Ничего, Глен не переломится. Буду забирать у него корзину снаружи, чтобы малышка его не увидела, но в таверну больше — ни ногой.

— Как скажешь.

* * *Пусть так, мне меньше забот. Да и, если честно, лучше вообще людям в своём настоящем виде не показываться. Хватит того, что меня видели в деревне Кормилицы. Посольство и вчерашняя прогулка не в счёт — я была в плаще с капюшоном, лицо было практически не видно, — а в придорожных тавернах останавливались в основном путники.

Кто знает, куда они поедут и кому обо мне расскажут."

"Наверное, не стоило вообще принимать свой настоящий облик, но в тот момент это было первое, что мне в голову пришло. Да и приятно вновь стать собой, приятно, что Вэйланд смотрит на меня, настоящую, улыбается именно мне и называет прелестью.

Я не была писаной красавицей, могла быть при желании, но не хотела. Когда я бродила по стране в виде орка, мне порой казалось, что я теряю себя.