Спасу тебя навсегда

Неужели не вкусно?… А может пересолила?… Или переборщила с мускатным орехов?…

— Ну, что? Совсем плохо, да? — расстроилась, даже появилось желание, взять и выбросить в мусорное ведро, всё, что осталось. Я пробовала, когда готовила, мне понравилось. Сейчас съела всю свою порцию. Правда, я не знаю, какой вкус должен быть у настоящей лазаньи, я никогда её не пробовала, а в еде я не привередлива. От этого наверное и понравилось. Вова продолжает молчать и поедать, всё, что было в тарелке. — Не ешь, — подошла с желанием забрать тарелку, — а то будет несварение, — выпалила со слезами на глазах.

— Ты, чё удумала, котёнок, — Вова схватился за тарелку, не собираясь мне её отдавать. — Это вкусно… Безумно вкусно… Очень… Очень… Боялся язык проглотить, вот и молчал. Ты чё напридумывала себе? — посмотрел пристально.

— Ты так говоришь, чтоб меня успокоить. Не надо меня жалеть.

— Ты почему такая самокритичная. Я правду говорю. Вкуснее, чем в итальянском ресторане.

— П-п-равда, — спрашиваю, не сдерживая слёз.

— Правда-правда. Ты поела? — спрашивает игривым тоном и подмигивает. В ответ на это невинное подмигивание в груди ёкает сердце. Я могу только кивнуть. В горле пересыхает. Губы стягивает. Облизывает их кончиком языка. Вова внимательно смотрит, как мой язык смачивает губы. — Тогда я хочу свой десерт, — подходит ближе, обхватив одной рукой за талию, второй — сжимает моё лицо в ладонях, говоря в самые губы. Смотрит с вызовом. Жар и трепет в каждой клеточке моего тела. Ощущение, что плавлюсь в его руках, как кусочек сливочного масла, растекающегося жидкостью от тепла ладоней.

— Я сегодня не успела приготовить… — мы застывает у стола. Ладонь Вовы лежит приятным грузом на моей талии. Ощущаю себя полностью под его защитой. Тепло, приятно, уверенно.

— Как же, — сипит и делает паузу. Сильные пальцы перемещаются на мои ягодицы, он подхватывает меня под них, усаживает на стол. Запускает одну руку в короткие шортики, потом в мокрые трусики, окунает палец во влагу, достаёт и облизывает под моим ошарашенным взглядом. — Всё уже готово, — проговаривает осипшим голосом и накидывается с поцелуем.

Начинаю холодными пальцами рвать на нём одежду, чтобы, как можно быстрее обжечься об него, прикоснуться к его телу. А он… Он просто брал то, что уже давно принадлежит ему. Он везде и сразу, а у меня начинает кружиться голова.

— С утра тебя не видел, а пиздец, как соскучился, — шептал, осыпая моё тело поцелуями. Толкнул меня спиной на столешницу и развёл ноги с стороны, открывая перед собой всю, издала тихий стон. — Ты не будешь против, если мы вернёмся к тому утреннему разговору. Я по-прежнему хочу тебя вылизать, ощутить на языке вкус сладкого персика, — тихо произнес и встал на колени передо мной.