Стальные небеса

Но им надо долго в нем купаться, не появляясь и не откликаясь. Не меньше шести суток, чтобы снова набрать силу, – она помолчала и настороженно позвала: – Марина?

– Угу? – рассеянно откликнулась я, глядя в ту сторону, где находились фортификации. Двадцать фортов… за сколько дней я справлюсь? И будет ли у меня это время?

– Зачем тебе это? – поинтересовалась ее величество. – Ты хочешь огнедухов привязать к замку?

– К замку, да, – вздохнула я.

– Это хорошая идея, – голос ее повеселел, – и мне будет за тебя спокойнее. У нас-то тут они уже стаями летают. Но учти, что им нужно строго запретить опускаться ниже человеческого роста, иначе расшалятся и могут спалить кого-нибудь.

– Учту, – пообещала я, снова разглядывая свои вены под брачными браслетами. Дул легкий ветерок, раздувая края халата, прохладным потоком скользя по рукам, по браслетам, – и вдруг усилился он, взвыл, чуть не сбив с ног, заревел…

И я замерла от неожиданности – потому что увидела, как вокруг, на разном расстоянии от меня, подняв головы из стелющейся по земле травы, застыли змеи, штук пятнадцать или двадцать. Они смотрели на меня глазами-бусинами, а я, медленно поворачиваясь, замечала все новых гадов.

Похолодел браслет, и затих ветер. Наступила тишина, и тут же как по команде змеи опустили головы и поползли к морю.

– Марина? – тревожно проговорила сестра. – Что-то случилось?"

"– Не знаю, – сказала я, глядя то на свою руку, то на колышущуюся траву вокруг. Поднесла запястье к губам, попробовала каждый браслет губами. Мне не показалось – похолодел браслет мужа, – и я задрожала, опускаясь на корточки и тяжело дыша. Ибо только что сообразила – ведь и мой браслет действует до сих пор.

Вновь подняла голову отчаянная надежда: что Люк мог спастись с такой кровопотерей и ранами, что его не унесло приливом и он где-то есть, живой. Если он не умер от удара о камни, от ожогов… мог ведь он обернуться и улететь?

Я каждый день и каждую ночь задавала себе этот вопрос и заставляла себя не думать, не верить, не надеяться. Только не после того как работая в скорой и операционных, видела последствия аварий листолетов, когда людей от ударов разрывало на куски. Не после того как видела искореженный, сплющенный, выгоревший листолет Люка.

Даже при том, что он не был обычным человеком, выжить там было невозможно.

И еще я точно знала: если бы он сумел обернуться и остался жив, он бы прилетел ко мне. Раненый, умирающий, искалеченный – он бы прилетел ко мне. Без вариантов.

– Марина? Марина, – голос Василины пробился сквозь шум в ушах, и тут же я разглядела своих гвардейцев, поспешно направляющихся ко мне – я остановила их движением руки, показывая, что не нужно подходить, попробовала встать и от слабости завалилась на спину, в траву.

– Марина.