Старомодная девушка

Ведь даже модная жизнь не убивает в женщинах сострадания, особенно если женщины молоды и не успели зачерстветь в многолетнем бездушии и беспечности. Даже Трикс стало не по себе, и она не смогла испытать того удовольствия, какое испытывала обычно, когда ей удавалось вывести из себя Полли. Секрет возрастающей день ото дня неприязни открывался просто: Том постоянно ставил Полли в пример своей невесте, которую это ужасно злило.

И все же, оторопев от услышанного, Трикс со смехом продолжила:

– Половину всех этих историй про бедных выдумывают в газетах, чтобы пощекотать читателям нервы.

Может, кому-то такое и нравится, но не мне. А что касается покоя, то вряд ли мне удастся его достичь в ближайшие годы, потому что придется приглядывать за Томом, – она обвела присутствующих многозначительным взглядом.

– Я говорю то, что видела собственными глазами, которым точно верю, – ответила Полли, не замечая, что иголка переломилась в ее руках надвое. – Вы даже представить себе не можете, какая страшная нищета находится совсем рядом с вашими домами, где вам так хорошо и уютно живется.

Уверена: если бы вы это сами увидели, то ваши сердца разбились бы, как у меня.

– Ах, у тебя, значит, сердце разбито? Впрочем, мне кое-кто намекал, но ты выглядишь до того хорошо, что я не поверила, – Трикс не удержалась от новой колкости.

Удар нанесен был жестокий, и Полли ощутила его куда острее, чем кто-либо подозревал. Недаром говорится, что женские языки ранят болезненно и внезапно, как короткие стилеты, которые испанки прячут в своих прическах. Полли побледнела. Губы у нее дрогнули. И тут на защиту бросилась Белль, мгновенно разгадав состояние подруги.

– Ну уж тебе-то, Трикс, разбивать точно нечего, потому что у тебя просто нет сердца. Извини, мы с Полли, наверное, еще слишком молоды, чтобы зачерстветь, как ты. Вот поэтому имеем глупость сочувствовать всем несчастным. Особенно Тому, – чуть понизила голос она.

Выпад вышел двойной. Трикс слыла «застоявшейся невестой», а Тома считали «незадачливой жертвой, попавшей в ее сети». Трикс, раскрасневшись, раскрыла рот, чтобы ринуться в бой, но Эмма Давенпорт поторопилась пресечь вульгарную, неприличную перепалку.

– Кстати, о жалости к бедным, – спокойно произнесла она в своей элегантной манере. – Почему мы со слезами сочувствуем им в хороших книгах, но отворачиваемся от них в жизни?

– Потому что автор вызывает в нас сочувствие к бедным, – ответила Полли. – Но реальная бедность тоже вызывает слезы, нужно просто суметь приглядеться к ней. – Отодвинув стул подальше от арктического холода, который струился от окружения мисс Перкинс, она устроилась поближе к дружественному соседству Эммы.