Стеклянный дом

– Вы не отреагировали на ее фамилию потом, когда она пропала?

– Как я мог отреагировать? Помню, что газеты писали об ее исчезновении, но я даже не был уверен, что это та девушка, которая меня искала, хотя имя и необычное.

Судя по выражению лица Сесилии Турссон, она приняла его объяснения.

– Она не оставила сообщения? Не просила вас ей перезвонить?

– Нет, мне сообщили только, что она звонила. И что перезвонит. Речь шла о ее дипломной работе, которую она как раз писала.

В его памяти всплыли еще подробности.

– Помню, я тогда подумал, что у меня все равно нет на нее времени. Нередко бывает, что студенты звонят и просят помочь. – Спенсер пожал плечами. – Но времени на всех не хватает. К сожалению.

– Понимаю, – проговорила Сесилия Турссон и перевернула страницу в своем блокноте. – «Ангелы-хранители».

Эти слова упали будто снег на голову: сколько лет он не слышал этого названия!

– Да?

– Вы были членом этого клуба?

– Именно так.

Не понимая, почему разговор принял такое неожиданное направление, Спенсер сидел как на иголках.

– Вы могли бы рассказать о нем более подробно?

Спенсер сложил руки на груди, припоминая то время, от которого его отделяли десятилетия. Что тут, собственно, рассказывать? Четыре взрослых человека, трое мужчин и женщина, которые регулярно собирались, чтобы посмотреть очередной фильм. А потом шли в ресторан, ели, пили и писали язвительные рецензии.

– Что именно вас интересует?

– Все.

– Но почему? Какое отношение имеют «Ангелы-хранители» к этому делу?

– Мы считаем, что киноклуб может иметь отношение к убийству Ребекки Тролле.

Спенсер расхохотался, но осекся, увидев серьезное лицо Сесилии Турссон.

– Боже мой, ведь он перестал действовать более тридцати лет назад. Подумайте сами, насколько нелепо предполагать…

– Если вы будете отвечать на мои вопросы, мы оба уйдем отсюда скорее. К сожалению, я не могу раскрыть, почему киноклуб представляет для нас интерес, однако мы будем очень благодарны за всякую информацию о нем.

В конце ее голос звучал почти умоляюще. Словно она надеялась, что Спенсер сейчас достанет волшебную палочку и одним движением изменит весь ход следствия.

– Боюсь вас разочаровать, – начал он, надеясь, что его слова звучат искренне. – Я был последним человеком, которого приняли в группу перед тем, как она распалась. Мы с Морганом Аксбергером знали друг друга, так как ходили вместе на курсы французского языка в шестидесятые годы. Тогда он еще не стал крупным бизнесменом и проводил время иным образом: курил, гулял и писал стихи.

Воспоминания вызвали у него улыбку.

– Затем все очень быстро изменилось. Морган стал другим человеком, когда понял, что может стремительно вознестись на самый верх. Но интерес к киноискусству у него сохранился.