Стоунхендж

Когда пришел черед наполнить кубки, Шахрай, который чуть пришел в себя, обратился к гостям:

— Вы прибыли из дальних и неведомых...

— Гм, — сказал Томас громко, он шумно отхлебнул и посмотрел на Шахрая в упор.

— Да, — поправился Шахрай кисло, — нашим гостям, как я понял, ваши страны уже ведомы. Как и тамошние пороки. Но вы прошли дальний путь, могли видеть странные и дивные вещи, которые нам, обитателям земель северных, мало ведомы. У нас свои чудеса, у вас свои. Запад есть Запад, Восток есть восток, и с мест они... Поведайте за неспешной трапезой о делах и случаях ваших стран.

Бадрутдин отставил кубок, пожал плечами."

"— У меня самое дивное связано с этим человеком, что сейчас ведет себя за столом как неугодное Аллаху животное, чье мясо правоверным запрещено даже касаться. Но у нас его знали совсем другим. Так что я лучше умолчу, раз он сам молчит. Если есть что рассказать моему другу Афитулу...

Афитул разгладил усы, на лбу собрались морщинки. Черные, как маслины, глаза стали задумчивыми.

— В дальней дороге случается разное... И приятное, и гадкое, и доблестное, и трусливое... Но я расскажу, пожалуй, про наш переход через пустыню близ Кокупо.

Наши верблюды были истощены, вода кончилась, но мы были бодры и не тревожились. На горизонте уже виднелись пальмы оазиса, где был источник с холодной и чистой водой. Мы там всегда отдыхали, поили животных и наполняли бурдюки. Так мы шли беспечно, верблюды уже зачуяли воду и ускорили шаг, когда вдруг страшный рев потряс воздух...

Он перевел дыхание, побледнел, заново все переживая. Томас сказал нетерпеливо:

— Дальше, дальше! Кто это был?

— Огромный и страшный дракон. Откуда он появился, лишь Аллах ведает.

Яра спросила тихонько:

— Кто такой Аллах? Еще один вещий калика?

Купец взглянул на нее строго и торжественно:

— Нет Аллаха, кроме Аллаха, и Магомет — пророк его!

— Молодой и строгий бог, — объяснил калика Яре негромко. — Они все по молодости злые и непримиримые, берутся перевернуть мир, очистить от зла, установить царство справедливости за одну-две весны... Потом, конечно, сталкиваются с реальностью, нашим нежеланием вылезать из грязи, такой теплой и привычной... Боевой пыл угасает, как уже угас, почти угас пыл его старшего брата Христа.

Томас подскочил.

— Сэр калика! Да мы против такого младшего Христова брата водили войска всей Европы!

— А что, у вас в Британии братья не водят войска друг на друга?.. Аллах моложе Христа на шестьсот лет, он полон задора, стремительно набирает сторонников. Где проповедью, где огнем и мечом... то бишь кривой саблей. Ладно, что там с драконом?

Купец развел руками.

— Дракон расположился у самого источника. В его пасти поместился бы мул вместе с поклажей! А когти были не короче наших ножей. А зубы — как сабли.