Стоунхендж

Пальцы Томаса кое-как распутали веревку, скользнули вовнутрь. Задумчивые глаза блеснули, лицо озарилось. Он несколько мгновений побыл в недвижимости, наконец вытащил пальцы и быстро завязал мешочек.

Голос рыцаря был силен и резок:

— Сожалею, но я не понимаю, почему я должен поставить чашу именно в часовне святого Дункана!

Епископ ахнул:

— Но... Пророчество... Предначертание!

— Почему я, нарушив одно, должен слепо следовать другому?

За спинами монахов появились люди, в их лицах была мрачная угроза. В руках появились длинные ножи. Томас поднял руку, сзади послышался знакомый свист мечей, которые выхватывают из ножен десятки рук.

— Нас больше, — сказал он. — Но я не хочу лить кровь соотечественников. Будем считать это ничьей. Расступитесь! Я не привык сворачивать!

Глава 7

Дорога вывела на широкий луг. Слева журчал крохотный ручеек, деревья медленно роняли багровые листья. В двух десятках шагов впереди, загораживая дорогу, высился на огромном коне могучий рыцарь. Он был весь в стальных доспехах, забрало опущено, длинное копье размером со ствол молодого дерева было нацелено в сторону приближающихся всадников.

В сторонке от дороги стоял шатер. Слуги и оруженосец вскочили на ноги, тыкали пальцами в сторону Томаса. На шатре развевался красный флажок. Рядом на дереве висел щит с гербом, при виде которого Томас грозно сдвинул брови.

— Что-то знакомое? — спросил Олег вполголоса.

— Подай-ка мне копье, — ответил Томас.

Олег поморщился.

— Опять задержка... Забыл, что сегодня истекает последний день? Давай я его сшибу одной стрелой. Ну, двумя.

Яра услышала, подъехали ближе.

— Какой день?..

Томас сказал торопливо:

— Это поединок рыцарей. Мы будем драться на копьях, если те сломаются...

— Сломаются, — заверил калика, — У таких ребят, как ты, всегда ломаются. И в первый раз, и во второй, и в третий... Так что сразу берись за меч.

Томас угрюмо наклонил голову.

— Я думаю, он тоже схватится за меч.

— Кто это?

Сзади застучали копыта. Подъехали люди Огрина во главе с сэром Эдвином. Лица были угрюмые, глаза зло и потерянно сверкали из-под насупленных бровей. Сэр Эдвин был бледен, под глазами темные круги. Он сразу постарел, сгорбился.

— Сэр Мангольд Сокрушающий, — проговорил он потрясенно. — Откуда он узнал, что ты уже здесь? Его меч на две ладони длиннее самого длинного меча в Британии. Его щит, как дверь, он в одиночку ломает ворота замка, пока на него бросают со стен камни и бревна!

Яра смотрела с недоумением.

— Если он так силен, почему остался с детьми и стариками в Британии? Он мог бы завоевать славу в походах, где ты завоевал славу!

Сэр Эдвин сказал хрипло:

— А Мангольд тем временем прибрал к рукам их земли. И не только... гм... земли.