Страх никогда не стареет

– Ты тоже, как и он, меня за шлюху принимаешь? Или за убийцу?

Не дожидаясь, пока она влепит мне пощечину, я сгреб ее и в ушко, как тогда, в ее кабинете, когда нам в первый раз помешали поцеловаться, прошептал:"

"– Я знаю, что ты не убийца. Только ради всего святого, стой, не дергайся. Я видел тебя через несколько часов после убийства. Ты не знала, что я приеду, и этого никто не знал, и никто не мог предположить, что я брошу девчонку на Сергея и поеду к тебе. А у тебя была теплая разобранная кровать, простыня была помята – на кровати спали. Нужно быть великой актрисой, чтобы разыграть утром, когда я рассказал тебе про убийство, такое удивление.

Нужно иметь стальные нервы, чтобы убить собственную экономку и, вернувшись, преспокойно лечь спать. И нужно быть большой дурой, чтобы идти на такое дело с распущенными волосами, чтобы они из-под капюшона торчали. Они у тебя сейчас связаны в «конский хвост», как тогда, когда ты провожала меня. А с чего бы это ты перед тем, как идти на убийство, должна волосы распускать? Наташа, просто никто не знает всех этих мелочей, но я-то знаю! Неужели ты думаешь, что я брошу тебя?

Она отстранилась от меня, достала платочек и утерла слезы.

Я вновь обнял ее за талию, и мы пошли по той же аллее по направлению к музыкальному фонтану. Ее, несмотря на теплую погоду, трясло мелкой дрожью.

– Наташа, пускай они играют в свои мерзкие игры. Они доиграются, мать их! Пусть потешатся. А тебе я раз сказал и скажу еще раз: я знаю, что ты не убийца Фаины. Я знаю, что ты не организовывала убийство своего отца. И я верю, что истинных преступников я смогу вывести на чистую воду. Во всяком случае, все для этого сделаю. Я с тобой, – я чмокнул ее в щеку.

Она прижалась ко мне и перестала трястись, только иногда вздрагивала.

– Теперь, спокойнее, что ты ответила Городилову.

– Ничего не ответила. Я в какой-то ступор впала: ни «да», ни «нет». Он понял, что с меня толку никакого, и уехал. Сказал, вечером все закажет и заедет домой.

– А что бы ты ответила, если бы речь не шла ни о каком убийстве? Если бы он тебя просто пригласил поужинать вдвоем? Разве он не может за тобой поухаживать?

– Это так ухаживают?! Ты в своем уме, Саша? Вначале тюрьмой угрожают, а потом в кровать тянут? Ты считаешь, что это нормально? И я должна с радостью согласиться под него лечь? Да я не убивала никого и собой расплачиваться, как дешевая проститутка, не собираюсь! Он всю жизнь перед моим отцом унижался, а теперь решил с его дочерью переспать, чтобы себя наконец человеком почувствовать, а не мальчиком на побегушках? Что он из себя представляет? Если бы не мой отец, он бы до сих пор с палкой на дороге стоял!

– Ты, кстати, до сих пор о нем хорошо отзывалась.

– До сих пор он меня в кровать не тащил!

– Он и Инна в одно время были в Вене, весной этого года.