Страх никогда не стареет

Это может быть «Арес», а может быть совершенно другой человек. Теперь о Киселеве. То, что он был неравнодушен к Наталье, секрета не составляло. Каким-то образом им стало известно о его тайном увлечении – изготовлении компьютерной порнографии. Увлечение совершенно безобидное, не выходящее за пределы квартиры программиста, и действующих лиц в нем, по большому счету, было только двое: покойный и его «возлюбленная» Наталья. Но, как кандидат в убийцы, он подходил по всем статьям. Инна знакомится с ним. Поводов она могла найти множество: сестра, просьба знакомой, пишущей под псевдонимом Ирины де Сад, изготовить компьютерные иллюстрации к ее новому рассказу, да мало ли что! Киселев жил в виртуальном мире, вел активную переписку под ником «Красный скорпион».

Он мог все сам о себе выболтать: и про охоту, и про свои увлечения. Она нашла к нему нужный подход и в нужный момент, во время совместного распития спиртного, угостила коктейлем из свежего катализатора никотина и коньяка. Вот только понять логику его свихнувшегося ума Инна не смогла. Наверное, первое, что он сделал после встречи с ней, это скрытно сфотографировал ее. Потом по накатанной дорожке изготовил для начала пробную композицию, куда включил, конечно же, себя любимого, Наталью и новую знакомую. Эта смонтированная Киселевым фотография с головой выдавала Инну и была отправной точкой в моих рассуждениях: Киселев знал Инну, его дневники являются адаптацией произведений Ирины де Сад, и дальше пошло-поехало.

В число заговорщиков не вписывались Наталья, молодая жена сенатора, девочка Маша и вся ее родня. Если, конечно, мои рассуждения правильные.

Около двенадцати приехал Сергей, и мы пошли пообедать.

Проведя шесть часов над составлением хронологии, я увлекся и совсем забыл про еду. Как только от работы пришлось прерваться, чувство голода властно заявило о себе.

По пути в столовую я спросил Сергея:

– В двух словах, как съездили?

– В сторожке, в углу под досками пола у них был тайник. Чтобы не таскать оружие с собой туда-сюда, разрешения-то ни у кого не было, они его там и хранили. Две винтовки, разобранные, смазанные. Старик говорит, что именно так, разобранными, и оставили их три года назад. Стволы отдельно, затворы отдельно.

Никто этот тайник не вскрывал. Ну а сейчас сам видишь, нашли настоящее оружие, то, из которого убили сенатора."

"– Пока пропустим этот момент. Почему у них ни у кого не было разрешения на оружие?

– Отец у Киселева когда-то давно был осужден за кражу. Приятель его, тот, что помер, тоже судимый. Они, кстати, в лагере и познакомились. Им, понятно, разрешение могли не дать. Кухарчук, старик, что с нами ездил, говорит, что ему бы разрешение дали, да возиться с оформлением не хотел.