Стрела (Плененный любовью с исправлениями)

Не подозревая о его незваных и недозволенных мыслях о том, где именно он хотел бы почувствовать эти проворные пальцы, Кейт перевела взгляд с Шинейд на щенка.

– Ты, должно быть, ужасно испугалась, – серьезно произнесла она. – Это довольно свирепый зверь.

Взгляд Шинейд стал жестким, и от появившейся в нем безжалостности Грегору стало не по себе. Он что, невольно ранил сильнее, чем собирался?

– К счастью, мне не понадобилось вести себя по-мужски, чтобы защитить себя. – Шинейд снова повисла на его руке. – Рядом оказался защитник. – Она вспыхнула и жеманно посмотрела на него из-под опущенных ресниц.

– Ну, не совсем рядом. – Она засмеялась и повернулась к Кейт. – Я уверена, ты заметила.

Ее злорадный голос не оставил Грегору сомнений, какую огромную ошибку он совершил. Если когда-то Кейт с Шинейд и были подругами, то теперь нет.

– Надеюсь, ты не расстроилась, Катрина, – прибавила Шинейд. Кейт побледнела. Она словно застыла на месте, пальцы замерли в собачьей шерсти. Шинейд захлопала ресницами, и Грегор удивился, с чего считал ее хорошенькой. – Знаете, она питает к вам небольшую слабость. Но я говорила ей, что мужчина вроде вас будет более… разборчивым.

– Она рассмеялась, словно желать Кейт было самой нелепой вещью на свете.

Если бы она знала!

Грегор посмотрел на Кейт. Он не знал, чего ждать. Обиды? Унижения, как и планировала Шинейд?

Но он ее недооценивал. Кейт вовсе не выглядела наивной девушкой, когда почти царственно подняла подбородок и свысока посмотрела на другую женщину.

– Это не слабость, Шинейд. Я говорила, что люблю его.

Негромкое, прозаическое заявление заставило светловолосую змею замолчать."

"И не только ее. Грегор почувствовал, как ему врезали под ребра боевым молотом.

Из легких словно выпустили весь воздух. Он слышал бесчисленные подобные заявления от других женщин, но не одно из них не произвело такого эффекта, как простые слова Кейт. Черт, на мгновение они показались ему правдой.

В противовес злорадной Шинейд, которая решила загнать его в угол в конюшне и предложить свое тело в обмен на обручальное кольцо, прямолинейное признание Кейт было глотком свежего воздуха и прямой противоположностью лукавству и хитростям, которых он ожидал от женщин, считавших, что ночь в его постели гарантирует им предложение.

Сколько раз он входил в комнату и слышал, как какая-нибудь женщина хвастает, как сможет поймать его в свои сети.

– Это не секрет, – продолжила Кейт. – Я уверена, Грегору было известно о моих чувствах так же, как и тебе. – Она бросила на него безразличный взгляд, но этого оказалось достаточно, чтобы ранить Грегора в самое сердце.

Он отстранил свою руку от Шинейд и обратился к ней:

– Кейт, я…

– Простите, что прервали, – слишком небрежно сказала она, быстро отодвигаясь.