Стыдно не будет

Я… бы никогда не покупала там вещи, если бы знала… Неудобно получилось, — между делом я ей сообщила, что хочу поразить своего нового мужчину, она помогала мне подобрать наряд. — А тебе?

— Мне все равно.

— Давно?

— Уже год — точно. А развелись мы аж два года назад. Потом еще год раздумывали, правильно ли поступили, но потом пришли к выводу, что — да.

— Ты ее любил?

— Уже год как не чувствую ничего. Я даже не знал, что она работает в этом отделе. Я вообще ничего о ней не знаю и не интересуюсь.

Зато она знает о нем все. Про его командировки знает, куда и зачем он ездит. Про то, что после каждой поездки у него отпуск. А еще по ее реакции сразу было понятно, что ей не все равно. Но я не буду забивать себе этим голову. По крайней мере — постараюсь. Просто не планировала начинать ревновать его, тем более так рано, пока не имею никаких прав. Да и пока не решила, хочу ли обладать этими самыми… правами на… охотника за волками.

Я приехала на такси и поэтому сейчас занимаю пассажирское место в его «Х5». Пока он прогревает машину, напряженно молчу.

Рома поворачивается ко мне, кладет ладонь на мое колено, поглаживает:

— Не расстраивайся. Ян, ну что ты, перестань. У тебя же тоже есть прошлое. Нам же не по пятнадцать лет, — уговаривает меня.

— В пятнадцать лет у тебя случились первые отношения?

— Отношениями это назвать сложно, но в общем — да, — нам удается вернуться к легкому тону. — Первый секс, когда я понял, что это — МОЕ, — показывает на себя большими пальцами. Он шутит, пытается меня растормошить, и у него получается. — А у тебя? Хотя не отвечай, я ревную. Ничего не хочу знать, — поднимает вверх ладони.

— Ревнуешь? Уже?

— Пф, еще бы. И не скрываю этого, в отличие от… — касается пальцем моей груди, — Яна-Яна, голову от тебя потерять — дело одной минуты, а ты сидишь тут губы дуешь, — он наклоняется и целует меня. Мучительно нежно, медленно, с удовольствием. Так медленно, что через минуту взвыть от нетерпения хочется, но Роман Сергеевич продолжает издеваться.

Он ведет ладонью от моего колена выше, лаская внутреннюю часть бедра. На мне толстенные шерстяные колготки — Демин не тот мужчина, перед которым стоит выпендриваться в капронках в мороз, — но даже через них ощущения потрясающие. Добирается до моего лобка, так же нежно, как целует, поглаживает.

— Я останусь сегодня у тебя? — шепчет на ухо. Я кротко киваю, все еще не открывая глаз.

Мои щеки горят, пока он выруливает с парковки и ведет машину в сторону моего дома. С ним и раньше было волнительно, когда я считала его дровосеком на машине, которая стоит в четыре раза меньше моей, а сейчас у меня, честное слово, поджилки трясутся.