Струна времени. Военные истории

Но Кате-то давно пора вернуться! Что за сбой у них там, наверху? Если очередного сеанса радиосвязи по каким-то причинам не случилось, они бы не пускали ракету – а Катя не отправилась бы наверх, не будь ракеты…

В конце концов не вытерпел, вышел из палатки и еще с четверть часа торчал возле нее, прикуривая одну от другой папиросы. Что-то мне начинало не нравиться Катино отсутствие. Линию полевого телефона мы меж лагерями не стали прокладывать, не было такого указания, а жаль, сейчас телефон ох как пригодился бы…

Время шло, но ни Сидорчука, ни Кати. С того места, где я торчал, отлично просматривался и верхний лагерь, и дорога к нему на всем протяжении. Не видно Кати…"

"В конце концов я плюнул и решил сам идти наверх – никакие инструкции и приказы мне не запрещали посещения верхнего лагеря в любое время, наоборот, я на это имел полное право как командир группы.

Но, не успел я сделать и пары шагов, как сверху выскочил из автобуса с рацией человек и припустил вниз с такой скоростью, будто собирался выиграть «золото» на какой-нибудь спартакиаде. Лица я на таком расстоянии рассмотреть не мог, но, судя по форме, это кто-то из трех наших офицеров. Ага, вот уже он гораздо ближе, перебежал дорогу и, не снижая темпа, чешет к нашему лагерю… Витя Межов, конечно…

Я пошел навстречу и ждал его у крайнего «Виллиса», которым лагерь, собственно, и заканчивался. Увидев меня издали, он прибавил прыти, подбежал, остановился, переводя дух, быстренько откозырял:

– Товарищ майор… Товарищ майор…

– Отставить, – сказал я, уже понимая, что из-за пустяка он бы к нам так не бежал. – Отдышись немного, потом доложишь.

Отдышавшись чуток, все еще жадно хватая полной грудью воздух, он достал из правого, незастегнутого кармана гимнастерки и протянул мне сложенный вчетверо листок, уже прекрасно знакомый. Я его машинально взял, потом спохватился:

– Витя, а почему ты мне ее принес? Вопреки четким инструкциям?

Он, ничуть не смутившись (парень был лихой и порой «пользы дела для» нарушал то и это по мелочам, за что был неоднократно руган и мною, и полковником, но без особой пользы), сказал:

– Пользы дела для, товарищ майор. Я ж не прямой приказ нарушил, а допустил некоторое отклонение от инструкций, а это две большие разницы, как говорят в Одессе…

– Короче и по делу! – прикрикнул я. – Одессит нашелся родом из Брянщины…

– Если по делу, товарищ майор, то дела, очень похоже, резко рванули вперед. Подробностей мне, конечно, знать не положено, но я нутром чую – сдвинулось что-то… Понимаете, наш ганс все прежние сеансы связи вел словно бы даже со скукой, словно повинность отбывал – как оно вообще-то на самом деле и есть… А сегодня, когда закончил работу, чуть ли не в пляс пустился у рации с радостной мордой.