Сахар на дне

Светлый тонкий свитер и тёмные джинсы ему очень идут. Просто и со вкусом. И улыбка. Она тоже очень идёт ему.

Жанка не замечает моего ступора, продолжая тянуть под руку к парням.

— Мальчики, познакомьтесь, это моя подруга Яна.

Парни поворачиваются, и взгляд Шевцова останавливается на мне. Он замирает, улыбка гаснет. Потом я чувствую кожей, как Алексей проходится по мне взглядом. Ни одной эмоции. Ни одного слова.

— Янка, это Вадим — мой двоюродный брат, о котором я тебе говорила — тараторит девушка.

Вадим расплывается в улыбке, словно чеширский кот и протягивает свою крупную ладонь, которую я легонько пожимаю.

— Очень приятно.

— А это…

— Алексей. Мы знакомы, — обрываю Жанну. — Это мой брат. Сводный.

— Вот так встреча, сестричка, не так ли? — ухмыляется «брат», и в теперь он снова похож сам на себя.

— Правда? Твой брат? — взвизгивает Жанка. Господи, ей будто не двадцать четыре вчера исполнилось, а четырнадцать. — Прикольно!

Прикольно не то слово. Кажется, меня ждёт весёлая вечеринка.

28

Вечеринка в самом разгаре. Жанна громко рассказывает очередную историю про фрау Мейн, у которой она снимает комнату, и её жуткого кота с демоническими глазами. Жанка уверена, что по ночам он обращается в чернокнижника и проводит ритуалы. Народ взрывается хохотом. Смеюсь и я. Сначала думала, что не смогу расслабиться, постоянно получая в свой адрес ядовитые шуточки от Шевцова, но он на самом деле ведёт себя так, будто меня и нет рядом. Но я всё равно напряжена, хоть и стараюсь не думать о нём.

Саша приезжает через час после нас с Лизой. Он весел, хотя и устал на работе. Мне неловко, но я решаю не тянуть кота за хвост и поговорить с ним.

Это оказалось труднее, чем я думала. Он того, как Терентьев смотрит на меня, разрывается сердце, но впервые я решаю выбрать себя. Саша в ответ молчит и лишь кивает, когда я предлагаю остаться друзьями. Просит вернуться в дом одну, а сам остаётся во дворе.

За столом как раз Вадик толкает тост, поздравляя свою егозу-сестрицу с прошедшим днём рождения. Все поднимают бокалы: кто с шампанским, кто с вином, а кто и с коньяком. Я тоже присоединяюсь, когда Вадим протягивает мне бокал с шампанским. Отпиваю холодный напиток, надеясь, что он потушит пожар, что разливается румянцем у меня на щеках. Что ни говори, но сообщить человеку, который два года заботился о тебе, что больше в нём не нуждаешься, — тот ещё стресс."

"На Шевцова стараюсь не смотреть, но боковым зрением отмечаю, что он тоже пьёт, только не шампанское. Улыбается моей университетской знакомой — Алине, о чём-то мило с ней беседует. Он какой-то другой сейчас. Обаятельный, общительный, весёлый и лёгкий в общении. Мне становится обидно, что я не знаю Шевцова таким.