Свет мой тишина

А вот у Сидоровой, которую сегодня предают земле, похоже, наоборот.

– И что?

– Я же говорил, что в вашем расследовании, где один труп, непременно появится и второй.

– При чем тут Сидорова?

– Ну она давняя подружка Нефедовой, к тому же ближайшая соседка по «Западной долготе». Умирает сразу после начала вашего расследования. Тебе не кажется это странным?

– Ее бизнес тебе тоже покоя не дает? Заинтересовался ювелиркой?

– В принципе, кольцо обручальное я для тебя уже давно выбрал, местным дилетантам такое и не снилось. Так что нет, ювелирный бизнес меня не интересует.

– Что тогда?

– Я был уверен, что кое-какие детали заинтересуют вас с Маричем.

– Бад, не томи, а? У меня работы выше крыши, – легко соврала я.

– А что, если я тебе ее только прибавлю?

Он достал из одного из принесенных пакетов коробку конфет и неторопливо снял с нее целлофановую обертку. Я оглянулась по сторонам, очень уж хотелось в него чем-нибудь запустить, но тут он заговорил. То ли почувствовал нависшую над ним угрозу, то ли просто надоело паясничать.

– Вы же наверняка обсудили с Маричем, что два трупа в благополучном коттеджном поселке за неделю – это перебор.

– Меньше каркать надо было, – огрызнулась я. – И вообще, утопленница была за пределами поселка.

– Я подумал, вам может быть интересно, что люди говорят.

– Допустим. – Я взяла из коробки конфету, откинулась на спинку стула и взглянула на Бада.

– Судачат о всяком. Женщины, конечно же, склоняются к версии о маньяке. В основном те, которые не представляют, как выглядела Сидорова, – хохотнул Бад."

"– Знаешь, у маньяков тоже бывают разные вкусовые предпочтения. Я бы не была на твоем месте столь категорична.

Доводилось видеть Елену при жизни – очаровательная женщина. А лишний вес… Посмотри хоть на Тамару, – я кивнула на окно, из которого было видно кафе напротив. – Да, женщина с формами. Зато какая!

– Ну ты сравнила, – покачал головой Бад. – Не суть. Есть в городе те, кто считает, что смерть Смирновой могла быть выгодна безутешному вдовцу.

– До безобразия банально.

– Не скажи. Бизнес у них специфический, но вполне доходный. Тебе ли не знать, что убивают и за меньшее.

– Насколько мне известно, оба родителя Елены живы. С ними ведь тоже придется делить наследство.

– В прошлом году их ювелирная студия чуть не закрылась. Знаешь почему? Супруги бизнес делили. Причем делали это глупо. Могли бы договориться тихо, по-семейному, а в итоге об этом узнало слишком много народу. Еще где-то с год назад широкой общественности стало известно, что ювелирка записана на Сидорову единолично. Хотя она куда больше времени уделяла супермаркетам – бизнесу отца, а в золоте-бриллиантах заправлял всем супруг. Той частью, что касалась денег, по крайней мере.